Ветер и вечность. Том 1. Предвещает погоню

Конечно, за такие способности по нынешним временам впору жемчугом засыпать, но Юхан нюхом чуял, что и меха, и камешки в брошках, и орясина на пороге – отнюдь не плата.

– Наверное, нам придется ждать на ветру, – Селина вздохнула, – вы тепло одеты? Некоторые вещи спрашивать неприлично, но ждать лучше в теплом белье.

– Еще бы! – Шкипер чуть не задохнулся от восторга. Девица ему нравилась чем дальше, тем больше, но и тревожно было. Вообразить себе красотку, способную отшить Фельсенбурга, было непросто, только маршал Савиньяк мог оказаться не хуже, фрошер опять же… Жениться он, конечно, не женится, но бывает, что любовница дороже жены; те, кто поумней, такое всегда в расчет берут.

Привозить господину Руперту, как выражалась госпожа Браунбард, «ответ с отказом» не хотелось, но тут уж посланец вряд ли что исправит, зато путных дел в Аконе наделать можно, если, конечно, ушами не хлопать.

– Мелхен, – похоже, Селину научили, что идти молча невежливо, – господин Юхан знает адмирала Вальдеса, тот даже поручил ему вернуть господину Фельсенбургу кошку.

– Я слышала о трехцветной Гудрун, – улыбнулась малышка, которая сама могла сойти за котенка.

 – Адмирал Вальдес исполнен доброты и гостеприимства, а в глазах его можно увидеть море с голубым мерцающим огнем.

– Может, и так. – Ничего себе девуля завернула! – Непростой он, господин Вальдес, но слово держит, сам не киснет и другим не дает, вот удача его и жалует. Дорожку ему, правда, лучше не переходить.

– Хорошо, что вам этого больше не нужно, – Селина покосилась на кого-то в окошке и ускорила шаг. – Бесноватые – это скверно, но из-за них помирились те, кому иначе пришлось бы воевать.

Его величество Хайнрих и господин Фельсенбург родились нашими врагами, зато в Талиге множество дурных людей считались уважаемыми и даже важными. Хорошие люди с ними ссорились, и от этого часто случались неприятности. Конечно, монсеньор Лионель и монсеньор Рокэ самых гнусных старались убивать, только сперва нужно было найти повод, а далеко не все мерзавцы оскорбляют дам и плутуют в карты. Теперь все стало гораздо проще. Вы не возражаете, если я возьму вас под руку? Дорога сейчас пойдет в гору, а у меня скользят подошвы, только, если вам неудобно, пожалуйста, не стесняйтесь, я попрошу сержанта Аспе, он все равно идет за нами.

Разумеется, Юхан не возражал, так что вверх по узенькой улице, почти щели, двинули чин-чином, приноравливаясь к шажкам Мелхен. Та все больше молчала и иногда чему-то улыбалась. С бергерскими девицами Юхан прежде дел не вел, но гаунасских повидал немало, Мелхен среди них показалась бы иволгой на голубятне, это чтобы курятник не поминать.

– Теперь ясно, – закинул первую удочку Добряк, – для кого мы атлас искали.