Ветер и вечность. Том 1. Предвещает погоню

– Вот ведь… – в голосе Хайнриха не слышалось гнева. – Куча-то хоть большая?

– Соразмерная. Вам, ваше величество, повезло, что натворила я ее в Агарисе. Тюрегвизе прежде пили?

– Пил, – рука Хайнрика затмевала иные бедра, и она легла на плечо первородного Ли. – Вот он приохотил! Не хуже нашей можжевеловой. Значит, повезло?

– Еще как! – засмеялась Царственная, и у Мэллит окончательно отлегло от сердца. – Так налить?

– Позже. Братец горностайкин где?

– Его уже вызвали, – коротко объяснил Ли, и все стало ясно. В Гаунау завелись бесноватые, и Герарду с Сэль предстоит сделать для Хайнриха то, что они уже сделали для дриксенского Бруно.

Так надо, ведь это война, но недостойная не может остаться в доме без добродетельной женщины. Ей кого-то приведут, но как при незнакомой открывать дверь и жечь ночами свечи? И Царственная… Она захочет помочь, взять с собой, а это разлука!

– Ну раз вызвали, подождем, – король огляделся и избрал сундук; тот был надежен, но занят прижавшим уши котом. Обычно Маршала уносила Сэль, однако подруга не вошла со всеми: короли не ходят одни, а свиту надо разместить и подать хотя бы напитки.

Мэллит присела, как ее учили, хотя с этого надлежало начать, и быстро подхватила кота под живот, освобождая место. Недостойную не просили уйти, она хотела этого сама, а черно-белый давал должный повод. Он кричал и извивался, суча задними лапами, держать зверя было трудно, но первородный Ли распахнул дверь, подтверждая уместность ухода. На первой ступеньке кот вывернулся, упал на ковер и помчался вниз. Мэллит побежала следом и столкнулась с запыхавшимся Герардом.

– Мне велели идти домой, – принялся объяснять он. – Что случилось, почему тут столько гаунау? И еще «фульгаты».

– «Фульгаты» с Царственной, она здесь, и еще здесь именуемый Хайнрихом. Он хочет, чтобы вы с Сэль поехали в Гаунау ловить бесноватых.

– А Монсеньор? Мой… герцог Алва?

– Регента здесь нет, только Проэмперадор Савиньяк.

– Значит, они договорились… Придется ехать; в Гаунау должно быть интересно, но лучше бы в Сагранну!

– Казар ничего не просил! – Пусть едут ловить безумных, это даст Сэль отсрочку. – Я в кухню, посмотрю, что можно быстро подать, и пошлю солдата за недостающим.

Бывший женишок ржал и приставал с расспросами.

Не будь она мужней женой, да не какой-нибудь, а ее высокопреосвященствой, стало б обидно за старую глупость, а так ничего… Прожили свои жизни поврозь, поболтаем да и разбежимся, хотя зря она тогда… Не из-за короны, из-за Анэсти. Красив суслик поначалу был, не отнять, вот годам к сорока даже не облез – прогорк, что ли. Вроде и все на месте, а тошно.

– Всегда думал, фокусы церковные, а вдруг нет? – гаунау потянул шитый золотом пояс, который так и тянуло назвать подпругой.