Ветер и вечность. Том 1. Предвещает погоню

Они взлетели на пологий холм и там, среди белых валунов, Ли придержал коня и огляделся. Левый склон заливало солнце, правый терялся в сероватой мгле, которая могла скрывать то, что он собирался отыскать. Маршал небрежно растрепал серебристую гриву и спешился. То, что он шагнет в туман, Ли знал, потому и позволил себе задержаться на вершине. Как оказалось – к лучшему, поскольку из солнечного сиянья вылетел еще один всадник. Арно явно знал, куда гонит Кана, оставалось стоять и ждать, вбирая взглядом весенние изумруды. Малыш уверенно свернул к холму, пресловутую шляпу он где-то посеял, зато эфес шпаги украшала алая девичья лента.

Ну хоть Гизеллу забыл, и на том спасибо…

– Уф, – братец был явно собой доволен. – Насилу догнал!

– И совершенно зря, – суховато сообщил Ли, – тебе нужно на восток. Туда, где все и солнышко.

– Нет. – Именно так они играли в гляделки с Рокэ, и Ли уступил, потому что понял, как сделать спор ненужным. Малыш просто уступил. – Ты будешь мешать. Когда проснешься, расскажи свой сон Валентину, если, конечно, что-то запомнишь.

– Более подходящего слова я пока не подобрал. Ты отмечал Излом и, возможно, напился.

Что ты помнишь?

– Ну… Мы и впрямь праздновали.

– Не знаю… Все, наверное… Рокэ играл, матери эта песня нравится…

– Значит, он еще и пел?

– Да… То есть нет… Кажется, нет. Эпинэ куда-то пошел, я – за ним.

– Да не знаю я! Наверное, это в самом деле сон.

– Почему ты так решил?

– Возле Аконы ничего похожего нет, и зима куда-то делась.

– Дружба с Приддом способствует развитию логики. – Надо прощаться! Леворукий знает, что Малыш запомнит, но тревогу в Акону ему лучше не тащить.

– Ли… Там что, Лаик?!

– Возможно. – Вскочить в седло, разобрать поводья.

Грато мотнул головой, выказывая готовность идти в туман, но в огонь пойдет не он, а клейменная Молнией Проныра. – Давно собирался тебе сказать… Солдаты либо хотят денег, либо дерутся за то же, за что и мы. Лошади верят всадникам. Не стоит их брать туда, куда идешь, не слишком собираясь вернуться.

– То, что он затевал, требовало не просто лошади. – Не надо было упоминать Придда, с того станется догадаться… – Если можешь сделать, что нужно, сохранив при этом коня, сохрани.

– А люди, которые идут за тобой, именно за тобой? Их ты не жалеешь?

– Нет.

Человек для человека не должен быть средоточием вселенной. Я готов пощадить лошадь, но не преданного глупца. Беречь – само собой по возможности – разумней тех, кто готов умереть за то же, за что и ты. Осознанно умереть. Тогда после уже твоей смерти останется, кому думать и драться.

– Так ты оставлял Грато Эмилю поэтому?

– В том числе. – Сдерживать неуместные порывы сложно, но объятий не будет, не будет даже растрепанной шевелюры. – Хотя важней было убедить всех, что я никуда не делся.