Воин Забвения. Гранитный чертог (СИ)

 — В письме. Пишет, что людей своих отправлял, но тел они не нашли. Обшарили всю округу, а обнаружили только оружие и заплечные мешки. Ни вельдских стрел, ни ещё хоть чего-нибудь, что на них указывало бы. Тропу к лагерю, правда, видали. Хоть тут всё ясно.

Млада слушала Кирилла и не верила своим ушам. Куда же могли подеваться тела дружинников? Неужто растащили звери? Но ведь не настолько же далеко, чтобы и следов не нашлось. Она думала, что на это можно ответить, но сказать было нечего. Вряд ли Садко лгал.

— Может, происки вельдов? — негромко предположил Бажан. — Кто их, бесов, знает, на что они способны.

Вон, мальчишка их рассказывал про обряды. Может, и трупы им пригодились? Дикари, они и есть дикари.

— Одним Богам известно, в чём там дело, — заключил Хальвдан. — В конце концов, Млада едва не умерла. Так что я бы не стал так скоро обвинять девчонку в том, о чём она, похоже, и не знала. Ты на глаза её погляди — а ну как выскочат, только лови.

Млада удивилась ещё больше, встретив поддержку воевод. И даже готова была за это простить верегу очередную насмешку.

— Удивление изобразить — большого умения не надо, — тявкнул из-за отцовской спины Ждан.

Староста обернулся и одним взглядом приструнил его.

— Ладно, княже. Что случилось с твоими кметями, дело одно, — вступил он в разговор. — А вот то, что она моего сына зарубить хотела, это мы как решать будем? Четвертый день тут торчим, твоего слова ждём.

Млада невольно усмехнулась. Вот, значит, как… Зарубить. То ли у Жданова страха оказались так велики глаза, то ли этот молодец нарочно на неё поклёп наводит. Как бы теперь ему краснеть не пришлось, кривдолюбу.

— Твоего сына, староста, калечить я не собиралась.

Оставила только пару синяков — но то, наверное, небольшая обида за его оплошность.

— Это какую такую оплошность? — прищурился Ратибор.

— Не надо было за моим пленником гоняться. И стрелами ему в спину тыкать. Только за то, что я хотела доставить Рогла в Кирият живым, Ждан готов меня в предательстве обвинить. Хорош же наследничек из него вырастет.

— Рогла… — снова подал голос Ждан. — Вишь, и имя у него есть, у отростка вельдского. Это где ж видано, чтобы к врагу по имени обращаться? У-у, паскуда! Как бы не пожалеть, когда он родичам своим рассказывать начнет, что да как у вас в детинце и городе устроено!

— Вот уж ему сподручно из темницы своим доносить, — криво усмехнулась Млада.

— Зато тебе легко! Я бы, княже, последил за ней. Дюже последил.

Парни тихим гулом голосов поддержали Ждана. Совсем как тогда, в лесу. Недоброе дело после вышло. Но кто ж знал, что в душе сына старосты кроется столько подлости. А может, он и сам верил в то, что говорил.

— Ты мне ещё князя поучи! — прикрикнул староста. — Стыд имей, если даже прав сто раз.