Восхождение королей

Вместо этого он увидел голую, пустую арку, с которой была снята ее Виирийская резная решетка.

Под аркой стоял Исандр, с его оленьими глазами казавшийся смущенным и брошенным.

Он был настолько смущен, что на мгновение просто уставился на Дэмиена широко раскрытыми глазами, прежде чем понял, что происходит, и упал на пол, прижимаясь к нему лбом.

Исандр был хорошо обучен, несмотря на то, что сегодня все шло не так, как он ожидал; несмотря на то, что от него требовалось рассказать об этом довольно унизительном факте своему Королю.

— Его Высочество Принц Виира уехал на прогулку.

— В конюшнях могут знать, куда он направился. Этот раб может узнать.

Поездка, ночью, в одиночестве, уход с празднества в его честь.

— Нет, — сказал Дэмиен. — Я знаю, куда он поехал.

В ночи все выглядит иначе. Это был пейзаж воспоминаний. Старых камней и древних нависающих скал, павших королевств.

Дэмиен выехал из замка и направился к полю, которое он помнил, на котором десять тысяч Акиэлосских мужей столкнулись с Виирийской армией. Он осторожно направлял свою лошадь там, где земля уходила под откос или возвышалась. Кромка каменной плиты, обломок лестницы; по полю Марласа были разбросаны останки чего-то более древнего, древнее самой битвы — немого свидетеля разрушенных арок и разбитых, покрытых мхом стен.

Дэмиен помнил эти каменные глыбы, которые вросли в землю; он помнил, как передним фронтам приходилось обходить их и разбиваться вокруг них. Они были здесь до битвы, они были здесь до Марласа — останки давно падшей империи. Они были путеводной звездой памяти, отметиной прошлого на поле, которое могло стереть все.

Ближе; приближение было затруднительным, потому что оно было острым от воспоминаний. Это было место, где пал их левый фланг. Это было место, где он приказал своим людям атаковать несокрушимые строи и знамя со звездой, которое не дрогнуло. Это было место, где он убил последних солдат из Гвардии Принца и сошелся лицом к лицу с Огюстом.

Он спешился и намотал поводья на покрытый трещинами каменный столп, бывший когда-то колонной. Пейзаж был старинным, и обломки камней тоже были старинными; и он вспомнил это место, вспомнил взрытую землю и отчаяние сражения.

Преодолев последний каменный выступ, он увидел в лунном свете очертания плеч, белый шелк распущенной рубашки — верхняя одежда была снята, обнажая запястья и шею. Лорен сидел на каменном выступе. Его веста, так нехарактерно для него, была снята. Он сидел на ней.

Камень выскользнул из-под ноги Дэмиена. Лорен обернулся. На мгновение он смотрел на Дэмиена широко раскрытыми глазами и казался таким юным, но затем взгляд в его глазах изменился, словно вселенная выполнила неотвратимое обещание.

— О, — протянул Лорен, — прекрасно.