Время жить. Пенталогия (СИ)

Со временем я прозрел, увидел: для вас люди — не более, чем средство, дешевый расходный материал… Вы называете грабежи эксами, а убийства — акциями возмездия, но от этого они не перестают быть грабежами и убийствами… Извините, Реэрн… Поэтому я отошел. У меня нет никакой позитивной программы, полная безнадежность. Я не с ними, но и не с вами. И я держу свой личный нейтралитет.

— Жаль, — со странной интонацией произнес Реэрн. — А ведь знаете, мы с вами в некотором роде единомышленники. Мы опасаемся одних и тех же вещей, правда, я, как подпольщик, имею возможность бороться со всем этим злом изнутри.

И все же, послушайте меня. Помощь, о которой я вас прошу, нужна не нам. Речь идет о жителях Филлины.

Боорк молчал, поэтому Реэрн после непродолжительной паузы продолжил.

— Прошу вас, не отказывайтесь от работы в корпусе «Н». Мы должны знать, что там происходит, какую судьбу готовят филитам в Службе Безопасности. Может быть, зная эти планы, мы сумеем расстроить их.

— Простите, — глухо сказал Боорк. — Я не способен на такую работу. Я не могу. Я сказал это своему командиру, а теперь говорю и вам. Я, наверно, слишком брезглив, но я не смогу как ни в чем не бывало работать в компании этих… ученых, слушать, как они обсуждают свои планы, может быть, даже самому принимать в них участие… Я не могу… Вам нужны борцы, а я, к сожалению, не борец.

Да и какая может быть помощь от предателя и пособника кровавых подонков?

— Да оставьте это, — скривился Реэрн. — Стоит ли постоянно вспоминать какого-то крикуна? Поверьте, я вместе с вами осуждаю этого дурака.

— Я? Осуждаю? — переспросил Боорк. — Да никогда в жизни! Он ведь прав. Я действительно и предатель, и пособник, и подонок.

То, что мы делаем на этой планете, — преступление, но у меня нет сил протестовать, да и мой протест ни к чему. Я сам себя осудил и признал виновным. За что — сложно выразить. Но если дело дойдет до того, что меня выкинут и отсюда, я все равно не отступлюсь. Меня согнули, но я выпрямляюсь. И не мешайте мне выпрямиться!

— Хорошо, — вздохнул Реэрн. — Я уважаю ваш выбор и не буду оспаривать ваше решение. Тогда наш разговор окончен, хотя мне и очень жаль, что вы отклонили наше предложение. Теперь давайте выйдем на минуту.

— Я же заблокировал следящее устройство.

Его нужно снова разблокировать. А чтобы никто не заметил подвоха, надо, чтобы каюта была пустой.

— А не засекут? Ведь все это время мы, получается, совсем выпали из их поля зрения.

— Нет, не засекут. На подобные мелочи обращают внимание, только если вы «под колпаком», то есть, за вами установлена слежка. А это все — так, профилактическое наблюдение. Спецотдел на том всегда и прокалывается, что пытается следить абсолютно за всеми. Поэтому для серьезной работы у него не хватает ни людей, ни времени.