Время жить. Пенталогия (СИ)

Они не думали что-то изменить, не понимали, что что-то можно изменить, не знали ничего, кроме Системы, да и не было у них нужды менять Систему.

Иногда полезно оставаться чужаком. Это помогает сохранять непредвзятый взгляд на вещи. Совет Пятнадцати должен исчезнуть, и он исчезнет. Вначале ему, как всегда, помогут бунтовщики. Они готовят выступление — что же, это хорошо известно ему, Оонку. Он знает все или почти все их планы, диспозиции, тайные склады оружия, с ними будет нетрудно справиться. Но пока — пусть готовятся, в этом он им не мешает.

Они выступят и тогда — не зря же он пугает верховников этим восстанием уже добрую дюжину лет — Совет Пятнадцати сам вручит ему чрезвычайные полномочия.

Они дадут, никуда не денутся. Все информационные каналы в его, Оонка, руках, и он скормит им именно ту информацию, что нужно. А даже если кто и заартачится, он все равно сумеет навязать Совету свою волю.

Они дадут ему чрезвычайные полномочия, и этим Совет Пятнадцати сыграет свою роль в истории до конца. Он, Оонк, всегда был сторонником простых и радикальных решений. Набрать на клавиатуре передающего устройства всего одну парольную комбинацию — и где-то в подземельях дворца Совета Пятнадцати сработает доставленный туда около года назад портативный ядерный заряд мощностью в несколько килотонн.

Эта операция — его гордость, его триумф, вершина его мастерства. Одно Великое Небо знает, каких трудов, каких творческих мук, каких озарений потребовала от него эта комбинация! И с каким непревзойденным искусством она была разработана! Лишь он, Оонк, сидя в центре невидимой паутины, следил, как две дюжины задействованных людей, выполняя, на первый взгляд, свои рутинные и повседневные обязанности, на самом деле доставляют — через все кордоны охраны — заряд в режиме ожидания во дворец Совета.

Это напоминает ему, Оонку, мозаичное панно, где каждый маленький камешек сам по себе ничего не значит, но вместе эти ничтожные кусочки составляют красочную и многоцветную картину.

Даже жаль, что только ему одному суждено насладиться этой красотой. И ему же — завершить картину, вставив в мозаику последний камешек.

Итак, с Советом Пятнадцати покончено. Затем придет черед других, поменьше — верхушки министерств, провинциальных управлений, Космофлота, Службы Безопасности…

Да, и Службы Безопасности тоже.

Они верно служили ему все эти годы, но они уже добились всего, чего желали, — высоких постов, денег, влияния. Они слишком долго соприкасались с Системой, и Система заразила их, как она заражает всех, кого касается, своими болезнями — безответственностью, своекорыстием, страхом…

Они боятся — боятся потерять свои посты, свои привилегии, свои доходы. Они начали бояться совершить ошибку и от того стали бояться действовать.