Вторая семья моего мужа (СИ)

Сердце вновь разодрано в клочья, такое ощущение, что бьется через раз.

— По закону, насколько я знаю, невозможно развестись, если жена беременна, — всхлипывая, произношу я.

— Поверь мне, Кира. Это не проблема.

— А наши партнерские роды? — вдруг вспоминаю я. — Ты ведь так хотел!

— Мы родим еще кучу детей с тобой, Кира, — Макар целует мои пальцы и исступленно шепчет. — Я буду присутствовать на всех. Прошу тебя, подумай хорошенько. Но об этом никому нельзя знать, иначе все пойдет коту под хвост. Я надеюсь на твое благоразумие.

— Покажи мне ее, — прошу.

— Кого? — непонимающе смотрит на меня муж.

— Лейлу. Я хочу на нее посмотреть.

Признаться честно, я мало что знаю о Казахстане, кроме того, что там пьют кумыс и много степей. На этом все. Ожидаю увидеть узкоглазую девушку, покрытую, но фото в телефоне Макара заставляет мое сердце биться чаще. Она очень красивая и выглядит вполне по-европейски. Стройная, высокая, длинные густые темные волосы и обворожительная улыбка. Явно прослеживается работа хорошего косметолога, который подкачал губки и чуть подкорректировал овал лица. На снимке девушка сидит в кафе, обернувшись в пол-оборота, осанка прямая, царская. Породистая кобыла. Факт. У нас с ней нет ничего общего, совершенно.

— Ничего особенного, скажи? — лениво скользит взглядом по экрану Макар. — Вообще можешь не волноваться на ее счет.

Я издаю нечленораздельный звук и неопределенно пожимаю плечами. Либо он слепой, либо тщательно притворяется. Не увидеть красоты этой девушки — невозможно. А я, получается, своими собственными руками готова отдать ей своего мужа?

— Еще вопрос, Макар. А что, если я разлюблю тебя за это время? Встречу другого человека, который полюбит меня, а я его?

— А это невозможно. Просто невозможно.

Наутро, мы долго прощаемся. Ночь я почти не спала, обнимала и целовала Макара, словно на войну провожала. Под утро, приняла решение. Мы — семья. Вместе в горе, и в радости. Сейчас у нас такой этап в жизни. Непростой. Кому расскажи — не поверят. Еще я поняла одну вещь для себя, если я откажусь действовать согласно договоренностям, я потеряю его навсегда. И дело не в деньгах или моей репутации, я физически от него зависима. Возможно, это болезнь. Я не знаю, как это назвать, но мне физически плохо без него. И сердце успокаивается только, если он рядом.

Закрыв за ним дверь, иду на кухню, чтобы сварить себе кофе. Насколько я знаю, этот напиток вреден для беременных, но я сейчас настолько опустошена, что мне пофиг.

Не успев включить кофемашину, с Госуслуг приходит оповещение о том, что заявление о расторжении брака зарегистрировано. В шоке я открываю письмо и дважды перечитываю строки, которые скачут перед глазами как блохи.