Второй в спорте, третий в любви? (СИ)

Уже и столик заказали.

Еще бы туфельки под платье такое подобрать. Или босоножки. Такого типа, как у девушки в коктейльном платье. И клатч симпатичный…

— Девушка, осторожней, не то кого-то сметете, — раздался приятный знакомый мужской голос где-то возле уха, когда я замечтавшись чуть не врезалась в посетителя.

Очень медленно подняла голову и взглянула в карамельные глаза.

— Простите, я нечаянно, — пробормотала и молнией метнулась из зала, высвободившись из уютных объятий Никиты.

Сердце билось, как будто я пробежала марафон, а в глазах плескался животный ужас.

— Слава, ты чего? — удивилась Маша, миниатюрная, склонная к полноте, черноволосая официантка. Девушка работает в этой сфере давно, потому именно она учила меня всем премудростям разноса еды гостям.

Я перевела взор на Машу, но по прежнему боялась сдвинуться с места, боясь, что опять смогу каким-то невообразимым образом угодить в объятья к Никите.

— Проснись, детка! Слава! Шевелись!

Грозный рев миниатюрной официантки мог привести в чувство кого угодно.

А что просто? Угодила в объятья к любовнику, к которому боюсь даже подойти, чтоб не потерять контроль над собой? Да, так и есть, но не объяснишь же все постороннему человеку.

— Давай, работай! Народу тьма тьмущая. Мы такого количества гостей не ожидали.

— Маш, а давай я буду посуду лучше мыть!

— Какую посуду? Ты в своем уме? Держи поднос, улыбку шире и пошли. Давай, давай, пошли. Придержу даже дверь, чтоб ты не разлила шампанское до того, как донесешь его в зал.

Вздохнув, перехватила крепче поднос с наполненными бокалами и. нацепив улыбку, поплелась за Машей. Морально готовилась к тому, что Никита будет поджидать у входа в кухню.

Но его там не оказалось. И в коридоре тоже.

Зажмурившись на мгновенье и задержав на секунду дыхание, вновь вошла в шумный зал, с опаской выискивая знакомую фигуру. Знакомая фигура выискиваться не хотела, потому пришлось сосредоточиться на том, чтоб нести ровно поднос. Эй, и почему это Коля разносит канапе, а я бокалы? Что за беспредел! Вот только опустеет поднос, снова возьмусь за закуски. И пусть мне хоть кто-то слово скажет…

— Значит, ты работаешь официанткой?

Чуть не подскочила от внезапного шёпота на ухо и, ожидаемо, едва не разбила все бокалы.

Никита придержал поднос и обвил мою талию, прошептав:

— Ты слишком нерасторопна для такой работы.

Зло сверкнула на мужчину глазами и процедила, вырвавшись из сбивающих с толку объятий:

— Не твоего ума дело. Как умею, так и зарабатываю.

Злость захлестнула полностью, и я с гордо поднятой головой, всучила в руки ему оставшийся бокал с шампанским, и чуть ли не бегом бросилась из зала.

Первая мысль была бросить все к чертовой бабушке, надеть свою родную одежду и улизнуть домой.