Выдержка
И тебя можно купить.
— А тебя? — усмехнулся «мясник».
— Меня нет. Потому что это я за все плачу.
После этих слов я сгреб со стола деньги, небрежно сунул их в карман, развернулся и ушел. Теперь я был уверен, что с Павлом Сгорбышем ничего больше не случится. Если надо, мясник перепрячет тело, но вернет мне его в целости и сохранности. С теми бумагами, которые я захочу. Я его сломал. Это никак пока не проявилось, но я это почувствовал. Во мне появилась сила. И пускать в ход кулаки теперь не обязательно. Что со мной случилось? Виноваты автоматные очереди, которые взбили пыль в метре от меня.
Я закрыл глаза и посидел так с минуту. Это была минута молчания. Я прощался со Сгорбышем. Теперь я точно знал: его больше нет.
Что ж, поеду домой. Мне нужна передышка…
Мама удивилась моему столь раннему возвращению, ведь я обещал, что буду только к ужину.
— Что случилось, Леня? — с тревогой спросила она.
— Спать очень хочется.
— Да. Я отдохну в своей комнате часика два-три. Не возражаешь?
Я собирался проспать, по меньшей мере, пять, но не стоит ее так пугать.
— Папа звонил. Сказал, что приедет к восьми.
— Я спущусь к ужину.
Моей щеки коснулась прохладная рука мамы. Я взял ее в свои ладони и поцеловал. Мама улыбнулась такой знакомой мне улыбкой:
После этих слов я поднялся в свою комнату и завалился в постель. Но, как ни старался, уснуть не мог. Слишком велико было напряжение последних часов. Драма на Рижском шоссе, захватывающая погоня, визит в морг. Только друг Боб меня развлек.
Я взял пульт от телевизора. Люблю засыпать под развлекательный канал. Вижу на экране знакомые лица и успокаиваюсь. Все живы-здоровы. Тусуются, снимают новые видеоклипы. И я в теме.
Я включил развлекательный канал. Речь шла о кино, а точнее, о съемках очередного сериала, запуск которого планировался осенью. Режиссер взахлеб рассказывал содержание, актеры ему помогали. Мода, что ли, такая: сначала показывать кино о том, как снималось кино, а уж потом и сам фильм? Я хотел было выключить телевизор, но вдруг увидел знакомое лицо. В принципе они все мне знакомы. Но это лицо особое. Это лицо моего фиаско. Это лицо стоило мне нескольких седых волос и одного разбитого сердца.
Я увидел Олесю.

















