Выдержка

Сгорбыш сказал: пусть она придет в студию. Пусть она тебя добивается. Правила игры были ясные. Я вдруг поймал себя на мысли, что этот странный человек мне дороже, чем все актрисы вместе взятые. Его здоровье, его талант. В отличие от этой девчонки, у Сгорбыша он был! Я сделал ставку на истинное, презрев ложное.

— Я останусь на ночь, — сказала Саша, а может, Маша.

— Хорошо, я вызову такси.

— Ты что, не слышал?

— Со мной так не разговаривают!

— А как же мое прекрасное тело?

— Вот и побереги его.

Она уехала в два часа ночи. После того как все точки над i были расставлены, я сделал ей одолжение.

Ее прекрасному телу. Ей не на что было жаловаться.

Когда Сгорбыш увидел снимки, он обалдел.

— Это же… сынок… Это же…

И поспешно их спрятал. Потом растерянно сказал:

— Но как так? Она ведь звезда!

— Вот так, — пожал я плечами.

— Никогда больше не буду с тобой спорить, сынок. Все дело в твоей дьявольской улыбке. От нее женщины теряют остатки разума.

Они теряли остатки разума при мысли о деньгах моего папы. Улыбка здесь ни при чем. Но Сгорбышу необязательно об этом знать.

Ему до смерти хотелось выпить, но я был безжалостен.

Я тоже решил сделать из него человека. Если Сгорбыш не будет пить, все изменится. Он непременно прославится. Наивный! Я забыл, что ему уже пятьдесят пять! В таком возрасте трудно менять привычки. Чтобы умереть гением, надо в зрелые годы прослыть талантом. Именно в зрелом возрасте, не в юности. Молодым легко раздают авансы: будущий гений, огромный потенциал, талант мирового масштаба. Кончается все это плохо. Те, на чью юность и приходится пик формы, мучаются потом непониманием. А где же обещанное? Где мировая слава? А это все. Похоже, что Сгорбыш из таких. Его будущее уже в далеком прошлом. Но локальная победа была мною одержана. Он временно «завязал». Вот почему я с такой уверенностью сказал девушке, выдавшей мне в психиатрической лечебнице заветный конверт: «Он же не пил!»

Хотя я сам был свидетелем срыва. Но об этом после. Сначала я завершу эпизод и поясню, почему отнес его к разряду криминальных.

Когда я отдал Сгорбышу снимки, он сказал:

— Отдай-ка мне на всякий случай и негативы, сынок.

— Зачем? — удивился я.

— Я снимал на цифру.

— Тогда отдай карту памяти. Или ты очень дорожишь этими снимками?

— Ничуть.

— И я отдал ему карту.

Дело было три месяца назад. А через месяц снимки появились в Интернете. К этому времени рейтинги сериала, в котором снималась то ли Саша, то ли Маша, еще подросли. И все уже говорили о ее скорой свадьбе с главным героем. И на экране и в жизни.

Что же касается наших с ней отношений, то они не сложились. Она звонила в нашу студию и даже приезжала. И даже не один раз. Она дала интервью нашему журналу, хотя из-за возросшей популярности у нее на это почти не было времени.