Взрослые и дети. #Многобукв
Право ребенка жить и воспитываться в семье по-прежнему не рассматривается как приоритетная, а привязанность – как базовая потребности ребенка. Формально вводя практику семейного устройства, система по-прежнему игнорирует то, ради чего ребенок устраивается в семью. Это не кровать, не игрушки, не книжки и не распорядок дня. Это даже не физическая неприкосновенность. Изымая ребенка, например, после разового физического наказания, «защитники» исходят из того, что безопасность задницы важнее, чем безопасность души. Синяк на теле – это важно, а разбитое сердце – пустяк.
Знаете что? В этой ситуации абсолютно неважно, нравятся они нам с вами или нет. Они ребенку нравятся. Они ей симпатичны, что подтверждают все специалисты. А мы с вами как-нибудь переживем свои симпатии и антипатии про себя.
Не пора ли уже отучиться задавать идиотский вопрос: «по ком звонит колокол?» Вас история ничему не научила?
Впечатлила вчера в Общественной палате постановка вопроса: предложение сделать подготовку приемных родителей (в том числе усыновителей) обязательной отклонили, поскольку это «нарушает права граждан».
Срезонировало с обращениями приемных родителей, которые азартно цитируют всяческие «Заповеди позитивного усыновления»: «это просто еще один способ пополнить семью». Ну, не «просто», и не «способ», и не может быть такого «права». Для того, чтобы кто-то мог «пополнить семью», должна сначала иметь место трагедия: смерть, предательство, распад семьи.
Нет, логика-то понятна.
Тезис: берут детей не от хорошей жизни, это от собственной бездетности («пустого гнезда», потери, нереализованности и т. п.), что же им еще делать, несчастным; ужас-ужас, как бы никто не догадался, привяжем подушку, сменим адрес, будем переживать про гены.
Антитезис: никакой не ужас, мы не бедные, и часто очень даже детные, и не надо тут причитать и стигматизировать, это «просто еще один способ», смотрите, как нам всем хорошо и весело.
Но и то, и другое чревато.

















