Чёрная сова
В золотых горах Алтая, на плато Укок живёт чёрная сова — пробужденный дух шаманки. Лунными ночами она вылетает из своей каменной башни и бесшумно реет на фоне звёзд, чтобы подстрелить ядовитой стрелой очередного путника. Жертвы чёрной совы — исключительно мужчины — бесследно исчезают, а когда появляются вновь, бредят о единорогах, подземном царстве и окнах в параллельный мир.Топограф Андрей Терехов в мистику не верит и списывает эти россказни на чью-то разгулявшуюся фантазию, особенности местного фольклора и банальные приступы белой горячки. В этом убеждении его поддерживает и давнишний приятель Жора Репей — начальник погранзаставы — но складывается ощущение, что у старого вояки свои счёты к загадочной шаманке.Поэтому когда цепь необъяснимых случайностей лишает Терехова напарников, и уже его собственное сознание выделывает с ним шутки — он понимает, что оказался втянут в странную игру невидимых сил. Он пользуется освободившимся временем, чтобы выяснить — кто стоит за легендами о чёрной сове?
Лишь тогда он понял: пробиты и спущены сразу три колеса! Видно, где-то налетели на колючую проволоку, которой здесь было в избытке.
Разведочная прогулка ничего не дала, и когда совсем стемнело, на шаманский стан вернулась вторая машина, уже с полной иллюминацией зажжённых фар. Не выключая их, она встала посередине лагеря, и вокруг пострадавшего джипа замелькали фигуры людей. Кажется, паническое состояние у соседей сошло на нет, начиналась рутина, и Терехов ушёл в кунг. Теперь оставалось только ждать Репьёва: если он уловил сигнал, то непременно явится и внесёт свою лепту в текущие странные события.
Однако они, эти события, развивались непредсказуемо: Андрей увидел долгую вспышку за окном, перебившую свет прожектора, но среагировал поздновато. На сей раз полыхнуло не над горами, где Ланда палила картины, а над лагерем шамана. Когда он выскочил на лестницу, десятиместная шатровая армейская палатка уже догорала, люди в дыму и пламени тушили что-то на полу, хлопая лопатами и затаптывая ногами. Посередине этого пожарища остался стоять трубчатый каркас и печка со скособоченной железной трубой.
Терехов машинально спрыгнул на землю, готовый бежать на пожар, но было поздно. Он несколько раз видел, как горят палатки, и знал, что дело это укладывается в отрезок времени меньше минуты, обычно приходится добивать языки пламени пылающего брезента и спальных мешков, если таковые были.
Андрей вспомнил, что, когда нёс воду с реки, печка опасно изрыгала пламя над трубой. Отчего палатка полыхнула, было понятно. У соседей оставались ещё две тёплые машины и олений чум — так что было где переночевать. Он понаблюдал, как шаманская команда лениво ликвидирует последствия пожара, и, когда выключили фары джипа, опять ушёл в кунг.
Осеннюю тьму, как чёрную каменную стену, едва сдерживал широкий луч галогенного прожектора, а обитатели соседнего стана, видимо, напуганные пожаром, даже костра не развели и сидели в полных потёмках. Единственное, чего можно было теперь опасаться соседям — приезда начальника заставы, который ещё неизвестно, как отреагирует на шаманский набег. Ничего там более случиться не могло, ну, разве что потоп, если река внезапно выйдет из берегов. Но для этого надо неделю лить дождю или установиться знойной погоде в заснеженных ледяных горах. Ни того, ни другого не ожидалось, поэтому Терехов успокоился и достал папку с рисунками Ланды.
Он сидел и при ярком свете листал наброски, всматриваясь в детали изображений сказочных и зловещих чудовищ, когда услышал пронзительные крики, а потом увидел и вспыхнувший свет фар, шарящих по воде. Неясные фигуры людей что-то несли от реки, суетясь при этом сильнее, чем на пожаре. Терехов опять выскочил на лестницу и выключил прожектор, мешающий рассмотреть происходящее.
Похожие книги
Мысленным взором
За каменной стеной
Мой Охотник
Любовь по принуждению (СИ)
