Запрет на вмешательство

Теперь у нас насчитывалось двадцать «активных штыков», как выразился Игнатов, и если с толком использовать фактор внезапности, мы могли оказать нашим ощутимую помощь.

С оружием в нашем отряде дела обстояли не очень. Пулеметов не было совсем. Гранат — десяток штук РГД-33 на всех. Мое «панцербюксе» с девятью патронами — единственное средство борьбы с бронированными целями. Остальное — винтовки, причем патронов к ним по пятнадцать-двадцать штук на ствол. На короткий бой должно хватить, но я сильно подозревал, что если мы ввяжемся в эту авантюру, просто так немцы нас не отпустят и драться придется всерьез.

Тем не менее, других вариантов все равно не просматривалось.

— Да, товарищ капитан, — ответил я Щеглову, когда пауза после его вопроса уже изрядно затянулась, — Минометчики впереди нас — одна из основных головных болей для наступающей пехоты. Если мы сможем уничтожить хотя бы эту батарею, наша роль в предстоящем бою уже окажется немалой, но дальше, на высотке, у немцев стоят тридцатисемимиллиметровые противотанковые пушки Pak 35/36, и легкие танки могут понести от их огня весьма ощутимые потери — их броня оставляет желать много лучшего.

— Невысокого ты мнения о наших танках, — недовольно проворчал капитан, но было видно, что в душе он со мной согласен.

Наш разговор прервал свит мин и накативший с запада грохот орудий. В селе и на высотах по обе стороны дороги загрохотали взрывы. В темноте были видны только яркие вспышки, и оценить эффективность огня не представлялось возможным, но то, что атака вот-вот начнется, сомнений не вызывало.

Артподготовка длилась не больше пяти минут — боеприпасов у окруженных армий катастрофически не хватало.

Под прикрытием темноты сводный батальон, набранный по частям из нескольких разбитых полков, вышел из леса и развернулся в боевой порядок. Впереди нас раздались отрывистые команды — немцы готовились к бою. Хлопнуло несколько минометных выстрелов и в небе вспыхнули «люстры» осветительных мин.

— Значит так, — начал Щеглов, собрав короткое совещание, на котором кроме меня присутствовали сержанты и старшина, — минометчиков будем брать в ножи. Если мы хотим захватить высоту, немцы как можно позже должны узнать, что на них напали с тыла.

Нагулин в первой атаке не участвует. Он со своей пушкой нам понадобится наверху в качестве снайпера и бронебойщика и потерять его в рукопашной мы себе позволить не можем.

Капитан повернулся ко мне, ожидая возражений и готовясь их немедленно пресечь. Зная привычку здешних командиров затыкать подчиненного на полуслове, я решил начать с самой сути, чтобы до Щеглова сразу дошел смысл моего предложения.