Запрет на вмешательство

— Не имею на этот счет ни малейших сомнений, товарищ капитан, — ответил я, честно глядя в глаза особисту, — я убежден, что НКВД никогда не упускает ни одной мелочи, если дело касается государственной безопасности.

— Тут ты прав, Нагулин! И даже сам пока не понимаешь, насколько прав! Где и под чьим руководством ты освоил противотанковое ружье «Панцербюксе-38»? Только не надо рассказывать мне байки, которые ты втирал сержанту Плужникову — здесь с тобой работают на совершенно другом уровне. По словам сержанта, подтвержденным показаниями пленного, ты владеешь этим оружием на очень высоком уровне, что невозможно без длительных тренировок.

Отвечать! Быстро!

— Есть отвечать, товарищ капитан! Обращаться с оружием меня учил отец…

Кулак капитана рванулся к моему лицу с весьма впечатляющей для местного жителя скоростью. Чувствовалось, что у особиста было непростое детство, и ему не раз приходилось участвовать в различных потасовках. Однако сильный и хорошо поставленный удар капитана пришелся в пустоту — я успел сместиться вправо, уходя с линии атаки.

— Прошу меня дослушать, товарищ капитан, — произнес я, глядя на особиста, несколько озадаченного своим промахом, — Мой отец — единственный человек, который учил меня обращению с оружием, но, видимо, у меня к этому делу талант.

Я могу это доказать.

— Каким образом? — мрачно глянул на меня капитан, начавший было выходить из-за стола, но остановившийся после моих слов.

— Дайте мне образец иностранного стрелкового оружия или какой-нибудь редкий отечественный экземпляр, с которым обычный красноармеец, то есть я, сталкиваться раньше не мог. Я разберусь с ним за несколько минут и смогу стрелять из него намного точнее любого другого бойца.

— Ты предлагаешь мне устроить тир под носом у немцев, Нагулин? — зло усмехнулся капитан, — Да и где я тебе возьму такое оружие в тылу врага? Немецкое, сам понимаешь, для проверки не подходит, а другого иностранного, извини, не имеется. Время тянешь, паскуда?

— Зато у меня такое оружие есть, капитан, — раздался чуть хрипловатый голос из-за перегородки.

Дверь во вторую часть блиндажа с легким скрипом открылась, и в комнате появился уже немолодой офицер в чине подполковника.

В руке он сжимал пистолет, который вычислитель немедленно распознал, как «Лахти L-35». Да, действительно экзотическая штука для этих мест. Откуда только товарищ Лиховцев его выкопал?

— Трофей, еще с финской кампании, — словно услышав мой немой вопрос, пояснил подполковник, — Ну что, боец Нагулин, у тебя три…, хотя ладно, пять минут. Патроны, ты уж извини, я тебе не дам, но если разберешь-соберешь и объяснишь, зачем какая деталь нужна, считай, один вопрос ты снял.