Запрет на вмешательство

Однако с развлечением как-то не сложилось. Сначала все шло, как на учениях. Два восемьдесят восьмых качнули крыльями, подтвердив, что приняли целеуказание с земли, и уверенно зашли на лес. Что случилось потом, Тилль понял не сразу. Из леса раздался хлопок одиночного выстрела. Судя по звуку, стреляло противотанковое ружье. Никакой реакции со стороны самолетов не последовало, но через несколько секунд ударил второй выстрел. Тилль, внимательно наблюдавший за атакой в бинокль, кажется, даже рассмотрел на остеклении кабины ведущего бомбардировщика что-то вроде вспышки.

Тем не менее, машина еще несколько секунд продолжала спокойно лететь вперед, и майор подумал было, что ему просто показалось, когда задняя часть фонаря кабины неожиданно отскочила и улетела вниз, а сам самолет заложил явно неуправляемый вираж вправо со снижением. При этом он зачем-то начал сброс бомб, хотя до цели оставалось еще метров пятьсот, зато прямо под этот смертельный дождь попал один из взводов, отрезавших русским отход в западную часть лесного массива.

Тилль грязно выругался, поминая люфтваффе последними словами.

За грохотом взрывов майор не расслышал следующих выстрелов русского бронебойщика, но второму самолету, уже почти вышедшему на цель, похоже, тоже прилетело. Он рыскнул на курсе, однако, довольно быстро смог выправиться и начал сброс бомб. Из леса по «Юнкерсу» ударил пулемет. Кажется, это был знакомый звук MG-34 в режиме максимальной скорострельности. Некоторые пули в ленте оказались трассирующими, и Тилль отчетливо видел, как они настигают бомбардировщик. Сказать по правде, он никогда раньше не встречал такой точной стрельбы с земли по самолету, а ведь стрелку должны были изрядно мешать деревья.

Один из моторов «Юнкерса» задымил, и самолет начал быстро отворачивать к востоку, так и не закончив сброс бомб, вернее, вывалив весь их остаток на поле перед лесным массивом. Еще чуть-чуть, и он накрыл бы бомбовым ковром позиции своих же пехотинцев, но, к счастью для них, бомбы закончились раньше. Заложив горизонтальный вираж, бомбардировщик медленно потянул на запад, слегка кренясь в сторону поврежденного двигателя и оставляя за собой шлейф гари.

В этот момент внимание Тилля привлекла яркая вспышка, сопровождавшаяся накатившим через секунду грохотом — это второй, с виду целый, но явно потерявший управление «Юнкерс» врезался в землю между наблюдательным пунктом майора и передовой позицией его батальона.

Еще раз посмотрев вслед уходящему к горизонту поврежденному бомбардировщику, майор сделал для себя вывод, что если после всего случившегося он все-таки упустит русских, о какой-либо карьере ему можно будет забыть до конца войны.