Детектив-Ностальгия. Компиляция. Книги 1-11

— Оно, быть может, и лучше, если бы учила. Живая бы осталась. Но не судьба!

Перед нами на тропинку выскочила белка. Стрельнула по нам глазками-бусинками и ускакала к ближайшей сосне. Я глубоко вдохнул пропитанный хвойным духом воздух. Благодать! Безмятежность!

— Лена была очень расчетливая девочка, — продолжила Журбина. — Она видишь как поступила: одну тетрадь тебе на хранение отдала, другую — еще кому-то. Какой смысл был ее убивать, если все украденное хранится неизвестно где? Пытать ее, что ли? Проще откупиться.

— Почем доллары покупали?

— По два рубля, всю партию оптом взяли через подставных лиц в Новосибирске.

— А как с выездом за рубеж?

— В конце мая в Гамбурге проходит Международная профсоюзная конференция. От нас едет представительная делегация. Лебедеву мы включили в нее в качестве стенографистки. По прибытии в Германию Лена планировала обратиться к немецким властям за предоставлением политического убежища. Мол, ее, дефективную, с шестью пальцами, в СССР унижают и считают за человека второго сорта. Даю гарантию — сработало бы! Капиталисты любят убогих.

— А как же ее гостинка?

— Лена не планировала в ней дальше жить.

Она сдала свою комнату на год, а сама сняла квартиру с поквартальной оплатой. Рублей 320 на этой авантюре выгадала.

— Так Вьюгину с ней ничего не светило?"

"— Андрюша, — всплеснула руками Журбина, — ты тупой, что ли? Ты что, не понимаешь, что там, за границей — свобода! Там можно говорить, думать и делать все, что захочешь!

— Думать вроде бы и у нас не запрещают.

— Думать пока не запрещают, только ты попробуй свои запретные мысли вслух сказать! Язычок-то быстро тебе прижмут.

— Не спорю. Свобода слова в нашей стране осталась только в анекдотах.

— И так во всем, чего ни коснись! Попробуй у нас выехать куда-нибудь в Занзибар. Даже пытаться не стоит — не выпустят ни за что. А на Западе — полная свобода передвижения: хочешь в Париж поезжай, а хочешь — в Лондон. На Западе, чтобы ты знал, совершенно другой уровень жизни. У них простой рабочий получает, в пересчете на наши деньги, как у нас директор крупного завода. У них джинсы — это одежда для бродяг, а у нас — предмет роскоши. У нас автомобиль — это предел мечтаний, а в Америке в каждой семье есть по автомобилю, а то и по два.

— А еще у них можно попасть на концерт группы «Бони М», — без всякой иронии добавил я. — «Бони М» — это не скоморошьи пляски по профсоюзным билетам. Я бы обязательно сходил, посмотрел на Лиз Митчелл живьем.

— Теперь до тебя дошло? У Лены появился реальный шанс вырваться на свободу! Какой тут, к черту, Вьюгин с его женитьбой. Плевала она и на Сережу, и на его любовь, и на меня, и на тебя, и на Карла Маркса бородатого.