Детектив-Ностальгия. Компиляция. Книги 1-11

Надо найти подходящую хозяйственную девушку. Пускай я не буду ее любить пылко и страстно, но от бытовых проблем она меня избавит. Кого пригласить в сожительницы?»

Раньше я был твердо убежден, что при наличии собственного жилья женщина появится автоматически, как пена на закипающем варенье. Теперь выяснилось, что не всякая дама пойдет жить в общежитие, а те женщины, что согласны делить со мной жилплощадь, не устраивают меня.

«Какой-то замкнутый круг, – подумал я, доставая утюг. – Женщину, которую полюбишь всем сердцем, можно искать до самой смерти. Жить одному – не вариант.

Сходиться с девушкой ради глаженых рубашек – гнусная условность. Временно можно пойти на условности, но нет ничего более постоянного, чем что-то временное. Сойдешься на год, она родит, и увязнешь на долгие-долгие годы».

Так ничего и не решив, разбитый и недовольный жизнью, я пошел на работу.

Сменившиеся с поста на недостроенном здании милиционеры доложили:

– Новое племя явно цивилизованнее и богаче. У них музыка играет, палатки новенькие, дровяные печки переносные, кастрюли вместо котлов.

– Конечно, новое племя цивилизованнее, – согласился Малышев, – если у них барон числится экспедитором, а среди мужчин как минимум шестеро умеют управлять автомобилем.

Расследование нападения на Меркушина и убийства барона я продолжил с изучения протоколов допросов его братьев. Тот брат, что представлялся старшим, на самом деле был средним из сыновей Зульмат. Старшинство он принял, как только увидел старшего брата (барона) мертвым.

«Быстро у них, однако, – подумал я, просматривая бумаги. – Не успел барон концы отдать, как его жена уже перешла в собственность к другому брату, а тот стал величать себя самым старшим мужчиной в роду.

Этот новоявленный старший брат получил от смерти барона одну выгоду. Сейчас мы отпустим его, он на празднике весны прикупит себе временную жену и будет наслаждаться жизнью: своя жена работает по хозяйству, вдова в резерве, временная жена для любовных утех. И, самое главное, ни одна из жен слова поперек ему сказать не посмеет!»

– Давайте брата ко мне! – распорядился я.

Старший брат барона, который вовсе не старший, а средний (двоемыслие в чистом виде), был мужчиной неопределенного возраста.

Если бы не борода, я бы дал ему лет тридцать пять, а с бородой он выглядел на все пятьдесят.

– Как тебя зовут? – спросил я брата. Он назвался. Я понял, что сломаю язык, если попытаюсь повторить его имя.

– Я буду звать тебя Салех, – сказал я брату. Он охотно согласился. – Скажи, Салех, куда делся труп твоего брата?

– Я не знаю. Мы положили его у палатки. Когда вы приехали, брата уже не было.

– Послушай, как-то не по-человечески получается.