Зеркальная страна

 – Мой голос дрожит, ноги покалывает от панического желания пуститься бегом. Вместо этого я отворачиваюсь и ухожу. – Мне некогда.

Я заставляю себя идти вперед, не обращая внимания ни на ее крики, ни на желание пуститься бегом.

В парке совершенно пусто, но по телу бегут мурашки от знакомого ощущения, что за мной следят. Я оборачиваюсь, оглядываю пустую парковку. Ни Анны, ни вообще никого.

Надеваю капюшон и продолжаю идти мимо все тех же деревьев, кренящихся от ветра, как и много лет назад: яворов и вязов, в которых прячутся черные, распухшие призраки жертв чумы. Мимо каменных домов, где притаились убийцы детей, следившие за нами из всех углов.

Дедушка намеренно расставлял эти мины-ловушки, чтобы нам никогда не захотелось уйти из дома. Как и все насильники, он переусердствовал: к тому времени, как мы с Эл пересекли Линкс, то давно устали бояться и поняли, что он – лжец. Уэстерик-роуд, тридцать шесть, был местом не менее пугающим и опасным, чем прочие места, но мы его любили, несмотря на страх и ложь, несмотря на горячий, металлический запах крови на нашей коже. Я всегда отделяла дедушку от Синей Бороды, это казалось таким естественным и необходимым! Гораздо труднее и болезненнее – соединить их воедино, принять, что худший кошмар детства когда-то был моим самым дорогим и любимым человеком, не считая, конечно, Эл. Сейчас я горюю о нем с новой силой; такое чувство, словно я потеряла дедушку дважды, или хуже того – словно он вообще никогда не существовал.

Перед тем как свернуть на Лохинвар-драйв, я оглядываюсь. Лодок на берегу стало еще больше, и я едва протискиваюсь к воде. Ветер с залива Форт ледяной, как всегда, зато сегодня не очень сильный: толкотня и грохот причаленных яхт звучат приглушенно. Наконец я останавливаюсь, делаю глубокий вдох и выдох и смотрю на каменистый склон, на грантонский волнолом, на крошечный, приземистый островок Инчкит на северо-востоке, на желтое пятно маяка, на темную воду за ним, на фарватер, по которому проплывают большие суда. Смотрю долго-долго, пока на Бернтайленд не опускаются тучи и ливень не начинает хлестать по моей больной голове.

Раздается звуковой сигнал – пришло сообщение от Росса.

«Мне нужно появиться на работе, потом заеду купить чего-нибудь к ужину. Есть пожелания? Целую».

Я не отвечаю, хотя ничего плохого Росс не написал. У него есть работа. Нам нужно питаться. Мы не умерли. Впрочем, услышав очередной сигнал, я недовольно морщусь.

18 апреля 2018 в 14:55

У ТЕБЯ МАЛО ВРЕМЕНИ.

ВСПОМНИ, ЧТО ПРОИЗОШЛО 4 СЕНТЯБРЯ, ТОГДА ВСЕ ПОЙМЕШЬ.

ТЫ УЗНАЕШЬ, ЧТО НУЖНО СДЕЛАТЬ.

Не узнаю! Я и так вспомнила все – каждую чертову подробность, – и до сих пор понятия не имею, что я должна понять и что мне делать.