Зеркальная страна

Якобы любовь к нам – точнее, ко мне – помогла тебе перелететь через стену или спуститься с крыши прямо в сад, чтобы нас спасти. – У меня из горла вырывается уродливый всхлип. – Теперь я все поняла!

Росс хмурится, недоуменно двигает челюстью.

– Ну да, я мог спуститься в сад с крыши. Разве это важно?

– Важно, потому что это – очередная ложь! Ты говорил нам, что можешь попасть в Зеркальную страну только через люк в крыше – ты хотел неожиданно появляться в нашей жизни, в нашем мире, когда удобно тебе. – Я смотрю на узкие черты его лица, на тени, вспоминаю, как его преображает улыбка. «Не рассказывайте обо мне своей маме: она все испортит!» – Ты хотел оставаться нашей тайной.

– Кэт! – Росс неожиданно крепко хватает меня за руки, в глазах его сверкает гнев. – Почему ты сидишь в темноте и холоде, вспоминая события двадцатилетней давности? Я понимаю, последние несколько дней…

– Дедушка ни разу не возвращался из Миссии рано, – говорю я. – Никогда!

Росс выпускает мои руки.

– А в ту ночь вернулся.

– Почему? По пятницам он всегда засиживался допоздна. Откуда он узнал? Не от тебя ли?

– Кэт, ты серьезно?! Сперва обвиняешь меня в убийстве жены, потом говоришь, что я запер тебя в этом чертовом доме, а теперь – что? Думаешь, я был в сговоре с твоим двинутым дедом?

– Конечно, нет. – Какой в этом смысл? Никакого. Голова раскалывается, сердце колотится, мысли несутся все быстрее и быстрее.

Я пытаюсь протиснуться мимо Росса; фонарик случайно освещает кирпичную стену на противоположном конце прохода и черный крестик, нарисованный маркером в полуфуте от земли. Я опускаюсь на колени и трогаю ее пальцами, вспомнив письмо Эл: «МЕСТО ПОМЕЧЕНО КРЕСТИКОМ». Вот оно! Здесь висел портрет пиратского капитана Генри Моргана на фоне Острова, который написала Эл.

Мама знала, что в проулке между нашим и соседским домом есть запертая на засов дверь, которая ведет в палисадник без калитки. И еще она знала, что мне слабо́ вылезти через окно-люк и перебраться с крыши прачечной на стену между участками. Ей так и не удалось побороть мой страх высоты – ни уговорами, ни угрозами. Мы с Эл должны были уйти вместе, потому что не могли покинуть друг друга, пока живы. Но лучше всего мама усвоила то, чему научила всех нас Зеркальная страна: путь к спасению есть всегда! И этот путь лежал сквозь стену между нами и соседями.

У Энди Дюфрейна ушло двадцать семь лет на то, чтобы проложить туннель и сбежать из тюрьмы Шоушенк. Мама сказала, что у нас есть всего пара недель, однако нам следует соблюдать не меньшую осторожность, чем Энди. Мы верили ей безоговорочно и никогда не возражали. Эл ухватилась за ПЛАН обеими руками и ногами, хотя бы для того, чтобы пойти по стопам своего любимого героя. А я сделала так же, как и всегда, – последовала за сестрой.