Жизнь на двоих

 – Виктория смотрела на него, закусив губу, и медленно краснела. – Ты… останешься?

Демоны. Только не сегодня. Когда-нибудь придется, но точно не сегодня.

– Позже, – произнес Арен и сделал шаг назад, выпуская жену из объятий. – Сейчас я пойду к себе. Спокойной ночи, Вик.

Она повесила голову и сказала, не глядя на него:

Быстро приняв душ, император переоделся в чистую рубашку и штаны и шагнул в камин, чтобы перенестись к Софии. На часах было уже почти десять, и от желания поскорее увидеть ее все внутри переворачивалось.

Когда он вышел из камина, она сразу бросилась навстречу, прижалась, обняла, и от вспышки радостного нетерпения Арен едва не застонал.

Защитник, как же хорошо! Как он жил без этого раньше?

– А я уже думала сама к тебе переноситься, – пошутила София, погладив его по щеке теплой ладонью. – Думала, вдруг придется уговаривать еще раз.

Арен улыбнулся, целуя ее.

– У тебя хорошо получается меня уговаривать. Ты ходила к Тадеушу?

София кивнула, слегка покраснев.

– Да, он дал противозачаточную настойку, сказал пить в течение семи дней.

– Прекрасно, молодец.

Она фыркнула и поморщилась, глядя на императора с иронией.

– Ты не представляешь, как неловко было! Я думала, провалюсь сквозь пол, когда объясняла, что мне надо. Айл Родери потом еще расспрашивал про мое самочувствие и где болит – и это вообще было ужасно! – София показательно закатила глаза, и Арен засмеялся. – Как я ему скажу, где болит?! Да я это все выговорить не смогу, тем более при мужчине!

– Тадеуш не мужчина, а врач, – произнес император как можно более наставительно, но не выдержал и вновь рассмеялся. – И что, ты все-таки объяснила, где болит?

– Пришлось, – горестно вздохнула София.

 – Я ведь обещала тебе, поэтому пришлось сказать многозначительное «ну… там» и покраснеть.

Арен хмыкнул. Он прекрасно понимал, что все это было на самом деле, но вместо того, чтобы жаловаться, как это наверняка сделала бы Виктория, София решила его рассмешить.

– Тадеуш тебя посмотрел?

– Ага. – Она кивнула. – Слава Защитнице, не раздевая. Сказал, что характер повреждений и так можно считать.

– Повреждений… – Веселье разом пропало. – Прости, Софи.

– Да не было никаких повреждений! – возмутилась она, обнимая его крепче. – Тадеуш сказал, что… мм… первая близость – это как порез, но он ранку залечил, и все.

Но без ранки не бывает же! Все в порядке, Арен, правда. И даже можно… опять.

Император улыбнулся этому искреннему беспокойству, приправленному смущением, подхватил девушку на руки и понес к кровати.

– Уже? – удивилась София, и он фыркнул.

– Нет, сегодня я тебя не трону. Даже если Тадеуш сказал, что можно. Лучше повременить. Я просто хочу сесть.

Опустившись на кровать, Арен прислонился спиной к стене и устроил Софию у себя на коленях.