Жизнь на двоих

Никто ничего не спрашивал, даже Элиза и Рози – видимо, мама с ними хорошенько поговорила перед возвращением дочери – и ей не нужно было придумывать легенды и что-либо сочинять. Близкие щадили ее чувства, и ради них София старалась держать лицо и изображать хоть немного энтузиазма.

Но вечером, как только они поужинали, Вано попросил ее подняться наверх, чтобы поговорить, и София напряглась, опасаясь, что Вагариус хочет провести с ней профилактическую беседу и объяснить, насколько правильно и благородно поступил император. Слушать подобное она совсем не желала, но сил спорить не было, и София пригласила Вано в свою комнату.

– Его величество сказал, у тебя получилось создать кровный щит нашего рода, – произнес Вагариус, как только они вошли внутрь и сели – София на кровать, а Вано на стул возле письменного стола. – Покажешь?

Она кивнула, не представляя, сможет ли сотворить щит сейчас – тогда-то она просто испугалась за Викторию, и все вышло само собой. Но теперь угрозы нет. Хотя и вчера она была сомнительной, но все же…

София медленно подняла руку, пытаясь вспомнить, что ощущала в ту секунду, когда ее высочество Ванесса швырнула свою молнию, и замерла, почувствовав вкус железа во рту. Кровь в венах и артериях в тот же миг будто стала горячее, вскипела, и София раскрыла ладонь, выпуская из себя то, что стремилось на волю, и любуясь прозрачной, чуть волнующейся, как море, стеной родового щита Вагариусов.

– Прекрасно, – выдохнул Вано, улыбнувшись. – Я очень рад, Софи. Ты… такая умница. – Он вдруг встал и, подойдя к ней, опустился на колени. – Я горжусь тобой. – Он обнял ее, и в глазах защипало, запульсировало, и все вокруг поплыло, словно София внезапно попала в воду.

– Не надо, – прошептала она, закрывая глаза, чтобы не заплакать. – Не говори ничего.

– Не буду, родная. – Вано в последний раз провел ладонью по ее волосам, а затем отошел и сел на прежнее место. – Ты ведь слышала мой утренний разговор с Синтией? – спросил он будто бы непринужденно, но София все равно услышала в голосе напряжение.

– Слышала, – не стала отрицать она.

– И… что ты думаешь?

– Тебе понадобится несколько лет, чтобы уговорить мою маму выйти за тебя замуж, – ответила София честно. – Но, если ты правда этого хочешь…

– Тогда оставь ее в покое. – Посмотрев в удивленные глаза Вано, она пояснила: – Чем сильнее ты будешь настаивать, тем больше мама будет сопротивляться. Я ее знаю. Просто живи, ухаживай, проявляй заботу, но не напоминай ей о сегодняшнем предложении. Она должна созреть.

– Хорошо. Я так и сделаю.

Понедельник для Арена оказался не менее ужасным, чем воскресенье, только работа отвлекала от мыслей о Софии. Хотя не вся работа. Избегающий взгляда императора Вано Вагариус, наоборот, добавлял отчаяния.