Жизнь внутри меня

Я старалась не показывать свои чувства, уговаривая себя, что ему просто нужно время. Я ведь тоже не сразу приняла эту новость.

– Ты ведь говорила, что беременности не случится, – безжизненным голосом произнес дракон. – Говорила, что-то принимаешь.

– Видимо, из-за наших злоключений я забыла выпить таблетку, – пожала плечами я. Это был упрек с его стороны?

Когда я собралась, Арис в кратчайшие сроки переместил нас в свой дворец и приказал собрать в малой столовой всех своих приближенных: мать, сестер, Криса и еще двух близких друзей. Мы с ним сели во главе стола. Я хотела провалиться сквозь землю и с трудом удерживалась от того, чтобы не зарыдать. Почему я чувствую себя преступницей? Почему у Ариса такой вид, словно кого-то убили? Неужели беременность для него это настолько тяжелое событие?

– Аристарх, что произошло? – обеспокоенно спросила Катерина, когда все расселись по местам. Арис встал. Все взгляды были устремлены только на него. Он глубоко вздохнул и с крайне прискорбным видом сообщил:

– Так это же прекрасная новость! – просияла его мать.

– У нашего ребенка две головы, – выдохнул дракон, словно испустил дух. Катерина прижала ладони ко рту, раздались испуганные ахи и вздохи. Когда до меня дошел весь абсурд ситуации, я не смогла сдержаться и начала ржать, аки лошадь.

В столовой начались перешептывания, на меня бросали косые взгляды, а Катерина не могла прийти в себя после известия, сообщенного сыном. Сам Арис смотрел на меня с нескрываемой жалостью. Отсмеявшись, я вытерла слезы и прямо спросила:

– Какие еще две головы? Ты что несешь?

Перешептывания тут же стихли, а во взгляде моего мужа промелькнула растерянность.

– Ты ведь показала мне… – нахмурился он, доставая из кармана смятую фотографию УЗИ. – Вот! – Дракон сунул ее мне.

– Арис, это двойня! – В моем голосе смешались смех, боль, разочарование и отчаяние, вызванное его глупостью.

Таким растерянным и удивленным я не видела Ариса никогда, но сейчас не было никакого желания сочувствовать ему. В этом обществе публично оскорбить мужа значит совершить преступление. Но я не выдержала.

– Дурак! – в сердцах воскликнула я и под пристальными взглядами всей его семьи выбежала из столовой. Да ну его! Сил нет терпеть его глупость! Как можно было додуматься до подобной ерунды? Двухголовый ребенок! Да сам он безголовый!

Я прибежала в его спальню и захлопнула дверь. Затем, немного подумав, потребовала принести мне чай и пирожные с сырным кремом. Пройдя в гостиную, я упала в кресло и попыталась успокоиться. Умеет Арис вывести из себя…

Однако долго побыть наедине мне не дали. Дверь покоев стремительно отворилась, и в гостиную вошел безголовый отец двухголового ребенка собственной персоной. Выглядел он весьма решительно.