Злодейка на полставки или драконий переполох

Едва успеваю пискнуть и непроизвольно сжаться, опасаясь, что он меня сейчас задушит…

Но в следующее мгновение я утопаю в его жарких объятиях. Он крепко прижимает меня к своей каменной груди и ощутимо проводит ладонью по моей спине, обрисовывая линию позвоночника.

Растерявшись, дёргаюсь, молвлю:

Мужская ладонь обхватывает мой затылок, Перебирает пряди волос, закапывается в них… мягко так, даже заботливо.

Невольно замираю под этим странным и ненавязчивым натиском мужского внимания.

Чувствую, как дракон, опустив голову, вдыхает мой запах.

— Мне тебя не хватало, — хрипло констатирует он. — Откуда в твоей голове такие мысли, Уинтер? С чего ты вообще решила, что я буду подозревать тебя в чем-то?

— Хм…хороший вопрос, — задумчиво бурчу себе под нос.

Стараюсь не дышать, потому что с каждым вдохом его запах наполняет мои лёгкие и сбивают с мыслей. А это меня пугает. Не хочу окончательно потеряться и полностью утратить бдительность.

— Может быть всё дело в том, что ты ранее подозревал меня во многом, — с легкой иронией напоминаю ему о прошлом.

— Я об этом очень сильно жалею. Ты даже не представляешь себе как, — Его объятия становятся ещё крепче. Мне даже начинает казаться, что у меня потрескивают ребра.

— Советник — мой дядя, это верно, — медленно произносит Александр. А затем целует меня в макушку. Протяжно, задерживаясь. — Но это не значит, что я во всём и всегда ему доверяю. Расскажи мне все, что ты знаешь, Уинтер.

Ох… а вот теперь он готов слушать.

Расслабленно прогоняю воздух через легкие. Подбираю нужные слова, стараясь смягчить острые углы и…рассказываю.

Книгу упоминаю вскользь, как некий инструмент, который советник использует в своих целях, чтобы подкорректировать события. Поспешно прошу Александра не спрашивать, откуда я это знаю.

О том, что я сама попала в книгу — умалчиваю. При этом постоянно напряженно прислушиваюсь к каждому своему ощущению.

Видимо я не нарушила никаких правил и ничего лишнего не сболтнула, раз ничего страшного не произошло.

Дослушав меня до конца, Александр ослабил хватку.

Удивительно, но все то время, что я говорила, он не выпускал меня из объятий. А в какие-то моменты прижимал к себе крепче. Будто переживал, что я вдруг исчезну, или испугавшись его гнева, побегу искать укрытие.

— Ты мне веришь? — под конец спрашиваю.

— Я слышал про такие книги, — отзываются он, вырисовывая узоры на моем плече.

От лёгкого прикосновения, ощутимого даже сквозь ткань, по коже бежит волна будоражащих мурашек.

— У меня есть перо, — случайно проговариваюсь. В последний момент прикусываю кончик языка, но все же делаю вывод, что сообщить о наличие такого артефакта Александру можно. — Это перо может исправить кое-что, но только если найти книгу, в которой Герберт делал запись.