Злодейка на полставки или драконий переполох

В силу обстоятельств, я не могу признать ее официально своей дочерью. Это бы убило мою репутацию.

Но я мог сделать ей небольшой подарок. Заодно и отвлечь внимание племянника.

Мой план работал как часы. Идеально выверенный план. Оставалось все довести до конца.

Но вмешались обстоятельства. А точнее ты, милая Уинтер. И изначальный автор книги. Оказалось, наслаивать события и менять их — чревато последствиями.

Как говорится, что не делается - все к лучшему.

Я запустил новый механизм. Как я уже сказал, запаса магии мне хватило на реализацию нового плана.

Не беспокойся, Уинтер, я не буду мстить. Меня ждет другой путь и финал.

С наилучшими пожеланиями.

Р.S. В качестве исключения, я даже сделаю тебе еще один подарок. Надеюсь, моя щедрость будет оценена. »

На моих глазах письмо советника рассыпалось в пепел.

Осталась только книга. Безумно похожая на «Травницу для черного дракона».

Только на обложке красовалось другое название: «Выбор злодея. Мария и колдун».

Меня аж передернуло и я раскрыла книгу.

Пробежалась глазами по первым строчкам. Не поверила. Пролистала дальше.

И…невольно рассмеялась. Боже…

Смех правда вышел немного истеричным.

Было от чего впадать в шок.

На страницах «шедевра» от Герберта я снова увидела тот гелендваген, который меня сбил. Оказалось, я жива. Живее всех живых. Правда, характер сильно изменился. Появились странные привычки к шопоголизму. И стремлению командовать. Новые знакомства и целая армия восторженных фанатов.

А еще враги…точнее один враг. Узнаваемый до боли.

— Брат жены императора — Гуго Хорст пропал! — воскликнул кто-то с другого конца зала.

По нарядному помещению прокатились громкие шепотки.

Одна из женщин упала в обморок. За ней другая.

Видимо этот тот самый «подарок», который упомянул советник.

Мои глаза встретились с глазами Александра.

Напряжен. Но увидев меня, он словно смягчился. Мне даже показалось, что он незаметно выдохнул.

Мужчина шагнул в мою сторону. Сердце забилось чуть чаще, метка истинности отозвалась приятным теплом.

Уверена, что на страницах новой истории в скором времени должно произойти триумфальное появление главного антагониста. Как всегда, по законам жанра. И я знаю, кто это будет.

Мы с сыновьями сидели на залитой солнцем лужайке в тени раскидистой магнолии.

Нежно-розовые лепестки плавно опускались на землю.

Мои мальчики резвились, разнося в пух и прах спокойную умиротворяющую атмосферу этого утра.

Мой старший, Рэйнард, которого мы по домашнему звали просто Рэмси или Рэмс, оседлал безобидно сидящего рядом единорога, которому я все же дала имя.

Своего необычного друга я назвала — Серебряной искрой.

— Я когда-нибудь стану его наездником и буду великим воином, — гордо и самоуверенно заявил Рэмси.