Злодейки не плачут
— Нет, нет, нет…
— Рин, даже не дергайся, — это уже кричала Колетт, — чтобы не происходило, просто лезь в эту дырку, хорошо?
Я видела только ветряные вихри, которые начали рассекать небо и тугими прутьями опускаться на землю. Вокруг всё грохотало, помимо того, что парни от крика перешли к неистовой ругани, и только тем, кто дрался под куполом, было плевать на то, что происходит снаружи.
— А ну, отцепись от них, это ещё что такое!
Еще немного и смогу пролезть, только мне совершенно не нравилось то, что происходило вокруг. Я почувствовала, как Сури напряглась, что она уже не так охотно следит за происходящим в куполе, а следит за тем, что происходит снаружи.
— Лезь! — кричала Колетт, остановив столб магии. — Рин, не стой на месте!
Что-то здесь было не так. И это что-то не давало мне пошевелиться. Инстинкты сработали быстрее, чем меня догнали щупальца тумана. Просвистели близко с лицом.
Ответить я не успела, потому что пришлось быстро уклоняться от атаки. Мышцы огнем взвыли в теле, движения выходили не поворотливыми, а туман наступал, выхлестывая щупальцами в разные стороны.
— Помоги, помоги, — шептал он, одновременно со всех сторон.
Внутри этого шепота я заметила очерченную фигуру, туман шлейфом от её платья расходился по земле, на концах образуя призрачные щупальца. Одна фигура наслаивалась на другую. Призрачная и более реальная.
— Вельма! — закричала я.
Худшее, что может случиться с магом темных искажений — он потеряет контроль над силой, и она уничтожит всех вокруг. Но иногда маг в своей силе переходит на следующий этап. Если ему вовремя не помочь, то магия сама его выжжет до основания.
Магия растет и развивается в нас постепенно, она как мышцы, которыми обрастает скелет после каждой тренировки. Редко, но такое случается, что магия совершает резкий скачок в развитие, и тогда со стремительным ростом силы сложно справиться.

















