Золотой пленник

– Встать! Сомкнуть ряды! Арбалеты! – Капитан выдержал паузу. – Дай!

Снова наперегонки защелкали замки, и через голову поднявшихся «колдстринцев» болты ударили в атаковавшую кавалерию с шестидесяти ярдов. Половина первого ряда атаковавших повалилась как подкошенная, однако по раненым и убитым, людям и лошадям, проскакали следующие. Теперь уже были слышны и топот, и визги.

Рядом с Питером оттаскивали в тыл тела его убитых товарищей, сам он чувствовал себя оглушенным: удар болта, пробившего щит защитника и сидевшего за ним копейщика, был громким, словно удар грома.

– Спироса убили! Спироса убили! – кричал кто-то над ухом Питера. Он не сразу понял, что это был Густав, весь залитый кровью.

– Нет, это не моя кровь! – остервенело орал Густав. – Это Спироса убили, до меня чуть-чуть оставалось – вот столько!

Его за шиворот схватил кто-то из сержантов и крикнул:

– На фланг, сволочь, на фланг!

«В случае потери своего звена нужно бежать на ближайший фланг», – вспомнил Питер наставления капитана.

– Ну-ка, напряглись, ребята! – Это кричал стоявший перед Питером Крафт. Прямо на них, выставив пику с острым жалом, скакал здоровенный туран с выпученными глазами и черепом какого-то животного на шлеме. Питер поудобнее перехватил рогатку, еще не представляя, как сумеет остановить этого гиганта. Однако тот получил в грудь стрелу и вылетел из седла, а через мгновение его раздавили скакавшие следом всадники, которые добрались до «колдстринцев».

Питер ударил в плечо какого-то турана, однако неприятель не упал, а ухватился за древко рогатки.

– Тяни! – заорал Крафт. Питер рванул что было силы, а Крафт быстро ударил копьем. Туран упал, его лошадь, получив по ногам дубинкой, взвилась на дыбы и опрокинула кого-то рядом.

Питер пытался выбрать новую цель, однако вокруг все смешалось, тураны бросали пики и с мечами, пешими, бросались на «колдстринцев», те отчаянно защищались.

– Мы сильнее, ребята! Режьте их! Режьте! – очень кстати прозвучал призыв капитана.

Ни на мгновение не останавливаясь, через головы новичков по крутившимся на месте всадникам стреляли из луков пехотинцы, оставляя все больше лошадей без наездников.

– Сомкнуть ряды! – слышалось уже в который раз, новички несли потери, хотя лишь немногим туранам удавалось прорваться сквозь частокол раздвоенных рогаточных наконечников.

Затрубили сигнальные рога, и тураны стали отступать. Им вслед полетели стрелы и полные торжества вопли «колдстринцев». Враг отошел, получив напоследок залп из арбалетов и оставив на склоне не менее полутора сотен убитыми и ранеными.

Раздвинув новичков, на склон выскочили пехотинцы и стали оттаскивать от своих рядов погибших туранов. Если попадался раненый, его добивали.

– Мы уделали их! Мы их уделали! – кричал кто-то рядом.