Золотой пленник

А еще ему не давало покоя то, как он попался в расставленную западню, ведь во дворе было тихо и он специально прислушивался, опасаясь быть застигнутым, откуда же они узнали о его намерении сбежать? Может, все новички пытаются сделать это в первую же ночь и поэтому хозяева загодя выставляют засады?

«Глупец, нужно вести себя как Мургаб, он столько лет в неволе и все еще жив», – упрекнул себя Питер и тут же вспомнил, как старый слуга сам уговаривал его бежать. Может, это он нарочно громко храпел, а сам выследил Питера и сообщил хозяевам?

Перед тем как стемнело, Питер попил воды и уже привычно уснул среди скелетов.

Утром, едва взошло солнце, послышался скрип ржавых петель, тяжелая крышка поднялась, и по узкой лестнице в сырой погреб спустились двое безмолвных охранников. Постояв немного, чтобы привыкнуть к полумраку, они увидели Питера и, не говоря ни слова, подхватили его под руки и потащили наверх.

Просидев долгое время в темном погребе, Питер отвык от яркого света, и теперь он больно резал глаза, заставляя жмуриться.

– Надо же, какой живучий, – прозвучал злой голос Юлии. – У тебя было время обдумать свой поступок, скажи мне что-нибудь такое, что заставит меня отказаться от намерения подвергнуть тебя мучительной казни.

– Простите меня, хозяйка, я еще слишком молод, у меня нет никакого жизненного опыта. Раньше за меня все решал дядя… Я больше никогда не побегу – обещаю.

– Разумеется, ты никуда не убежишь, мальчик, – прозвучал голос мессира Карцепа. – Потому что я велю отрубить тебе ногу, а потом подарю деревяшку, чтобы удобнее было ковылять…

Несмотря на нестерпимо яркий свет, Питер широко распахнул глаза – рядом с Карцепом стоял огромный янычар с широким, тускло поблескивающим топором. Стало ясно, что это не шутка, в глазах хозяина Питер видел только холодный расчет – покалечить, чтобы не сбежал.

– Хозяин, простите меня. – Питер упал на колени. – Обещаю вам, что даже не помыслю о побеге! Никогда даже не помыслю!

Выпалив все это, он замолчал. Воцарилась страшная тишина, казалось, Карцеп уже не изменит решения.

– Хорошо, – сказал наконец хозяин, хотя его лицо осталось бесстрастным. – Я не стану калечить тебя лишь потому, что ты мне еще нужен как работник. Отправляйся к Мургабу.

Питер поднялся с колен и, тяжело переваливаясь, пошел через двор к лакейскому домику. На своей израненной спине он чувствовал сверлящие взгляды хозяев.

В коридоре домика он обнаружил Мургаба, тот сидел на колченогом табурете и смотрел на вошедшего.

– Я должен был подтолкнуть тебя к побегу, хозяин приказал.

– Ты знал, что со мной будет?

– Знал. Я давно здесь живу.

– Там, внизу… в погребе – человеческие кости. Ты был знаком с этими людьми?

– Я же сказал, что живу здесь давно.