Золотой стриж

Грудь разрывали жуткие, влажные хрипы, он не мог дышать, но тут его перекатили на бок, вода наконец-то вылилась изо рта, и он разрыдался, комкая руками песок.

Он даже на локте не мог приподняться, руки не держали, – но его подхватили, усадили так, чтобы он не падал лицом в воду, и узкая ладонь осторожно вытерла его мокрое лицо: слезы, воду, слюну. Нил заерзал, устраиваясь удобнее, и руки обняли его, покачивая, как ребенка.

– Малыш, смотри, – сказал хриплый, надтреснутый женский голос. – Посмотри.

Открыть глаза Нил смог с третьей попытки. Озеро сияло, будто в него высыпали все звезды, что есть на небе: мириады ярчайших искр.

Над водой поднималась золотая дымка – как на рассвете летом, только в десять раз гуще. Небо было чистым и синим – ни Ястребов, ни облаков.

Кашель царапал горло, но все меньше и меньше, сердце, трепыхавшееся, как рыба на льду, с каждым ударом билось ровнее. Нил кое-как поднял руку и вытер глаза. Его обнимала мокрая насквозь старушка – так вот чья ладонь его топила, а потом вытащила. Смуглая кожа старушки тоже сияла, будто она пропитана золотистой водой насквозь.

– Вы кто? – выдавил Нил и опять зашелся в приступе кашля.

– О, не узнал? – весело сказала она, разжав объятия.

Искры в озере медленно гасли, золотая дымка рассеивалась.

– Нет, – прохрипел Нил, просто чтобы еще разок услышать звук своего голоса.

Ему было холодно, ноги противно дрожали, ныла каждая кость в теле, но как же приятно быть живым. Нил внезапно понял, что старушка больше не смуглая, да и, в общем, не старушка: кожа у нее резко посветлела, морщины расправились.

Нил перевел взгляд на Кадета – тот застыл в нескольких шагах от них, переводя взгляд то на Нила, то на девушку, которая напоила их водой в яблоневом саду.

Девушка примирительно кивнула Кадету и удобно устроилась на мелководье, опираясь на локоть.

– На этот раз узнал? – спросила она, глядя на Кадета так, будто ее забавляет его вид.

Тот помотал головой, и она тяжело вздохнула.

– Да что ж такое. – Она покосилась на Нила. – Уж ты-то должен узнать!

Девушка снова начала меняться, волосы стали рыжими, и Нил сипло вдохнул. Это была та красавица, что пришла к нему в Комнате Страха. Улыбка у нее была озорная и мрачная, и от этой улыбки с сердцем Нила что-то начинало происходить.

– Ты… Ты Весна, – выдавил он, поскольку она явно ждала от него каких-то слов.

– В том числе, – кивнула она. – Но кто я? Давай. Назови меня по имени.

– Конечно знаешь, – мягко сказала она. – Ты все время говорил со мной. Я всегда была с тобой.

Нил сглотнул. Она ведь была права – он знал, в глубине души всегда знал, кто она.

– Ты – Земля, – шепотом сказал он. – Но… Но…

– Продолжай, – снисходительно кивнула она.