Drama Queens, или Переполох на школьном балу

Гарри это был или нет, но Тейлор вложила в песню душу.

– Look at me now, will I ever learn? I don’t know how, But I suddenly lose control. There’s a fire within my soul.

Пенни была следующей. Она развернулась лицом к Кэт и погрозила ей пальцем, будто на ее месте сидел подлец Люк Уилсон.

– Just one look and I can hear a bell ring. One more look and I forget everything, o-o-o-oh.

И они запели хором:

– Mamma mia, here I go again. My my, how can I resist you? Mamma mia, does it show again? My my, just how much I’ve missed you.

Все трое вошли в роль, изображая дам с разбитым сердцем, и хохотали после каждого куплета.

Кэт сдалась и включила альбом АBBА, они слушали песню за песней всю дорогу. Уже на подъезде к Деполе концерт завершился «Happy New Year», а машина свернула на улицу, где стоял дом Тейлор. Пенни с грустью подумала, что это были самые веселые часы в ее жизни, явно украденные у кого‑то другого. Сейчас она выйдет из машины и опять окунется в болото мыслей о Люке Уилсоне.

Тейлор не сразу открыла дверь, долго укладывая в сумку воду, наушники и портативную зарядку, которой так и не воспользовалась. Она даже не сразу нашла телефон, с которым не расставалась всю дорогу до Хадсона.

На обратном пути он ей не понадобился.

– Это ничего не значит. Верно?

Голос у Тейлор не дрогнул, а в машине сразу стало холодно. Кэт дернула подбородком и поджала губы, на которых промелькнула мимолетная улыбка. Разочарованная, но понимающая.

– Разумеется, – процедила она и разблокировала задние двери, давая понять, куда может катиться Джонсон, да поскорее.

Кажется, только сейчас Кэт осознала, что потратила вечер на бесполезный просмотр игры, и Пенни стало неловко, что они с Тейлор ее в это втянули. Зашуршали деньги. Тей протянула Кэтрин двадцатку – видимо, за бензин.

Кэтрин молча забрала деньги. Пенни вытащила из кармана и вложила в руку бывшей подруги свою двадцадку. Наедине сделать это было бы сложнее."

"– Конечно, Тей, – улыбнулась Пенни, отвечая на вопрос Тейлор так, будто они говорили о чем‑то само собой разумеющемся, вроде времени очередной встречи или того, какой фильм посмотрят в пятницу.

Это было неловко. Но зато больше не хотелось лить слезы по Большому Волку Уилсону. Можно было всласть объесться мороженым и всплакнуть о дружбе с самыми крутыми девчонками Деполе, которые любили АBBА и знали песни Pussycat Dolls.

Глава, в которой Пенни борется с пчелами, Тейлор – с одиночеством, а Кэтрин получает чудесное исцеление

– ПРОСНИСЬ И ПОЙ, Пенни-пони, кажется, я обещал тебе репетицию, – прозвучал над головой голос Люка, и это явно был не сон.

Пенни так быстро вскочила с кровати, что закружилась голова, а потом Уилсон добавил волнения своим внимательным прожигающим взглядом.

– Моя майка, Пенни-пони?

Он потянул за край, но Пенни отбилась и сделала шаг назад, наткнувшись на кровать. От падения спасли только руки Люка, подхватившие ее за талию.