Его бывшая слабость

— Да по зрению… — Он прерывается, услышав дверной звонок. — Одевайся бегом и выходи!

Вручает мне платье и выходит из комнаты.

Глава 20.АНЯ: Маленькая злая коматозница"

"Выхожу из комнаты, оправляя платье, и иду на мужские голоса, что бубнят в гостиной. Вижу седую голову мужчины, расположившегося на диване рядом с Глебом.

Прохожу мимо Витька, который подпирает стенку на входе, словно верный пес, охраняя хозяина от неизвестных опасностей. Он бросает на меня взгляд и тут же опускает глаза к своим ногам. Ухмыляюсь, обнаружив, что в этот раз он без обуви. Одобрительно киваю и усаживаюсь в кресло.

— Анечка, — вдруг выдает незнакомый на вид мужчина, однако его голос кажется смутно знакомым. — Коматозница моя маленькая, вы ли это?

— О-олег Викторович? — выдавливаю я, узнавая своего доктора по оригинальной манере обращения.

Мужчина придвигается ко мне и накрывает мою ладонь морщинистой рукой.

— Как вы, девочка моя? — Он так по-отечески похлопывает меня по ладони, что я теряюсь. — Уже и зрение вернули? Молодцы!

Олег Викторович всегда был предельно вежлив, умудряясь, однако, вкраплять в свою речь бодрящие шуточки, вынуждающие отбросить уныние. Именно его визиты становились для меня лучиком надежды на пути к восстановлению после комы. Тогда как все остальное время обычно занимала беспросветная безнадега…

— Мы как раз об этом и хотели с вами поговорить, Олег Викторович, — подключается к разговору Глеб, пока я борюсь с нелегкими воспоминаниями из больницы.

Доктор переключает внимание на Глеба и поправляет очки.

— Что-то случилось? Должен сразу сказать: я сделал все, что было в моих силах.

— Я очень благодарен вам за то, что вы помогли моей жене выжить после той аварии, — с нажимом говорит Глеб, явно не желая выслушивать оправдания доктора. — Но сейчас речь не об этом. Вы очень оперативно отреагировали на мою просьбу, что оказалось весьма кстати. Буквально полчаса назад у Ани вдруг снова пропало зрение. Как видите, сейчас уже все в норме, но я хотел бы знать…

— Вот как? — Доктор снова поворачивается ко мне, поправляет очки на переносице и придирчиво вглядывается в мое лицо, будто у него в голове — встроенный рентген. — Так-так. А когда делали операцию по зрению?

Непонимающе хлопаю глазами:

— Так не было же… операции, — выдавливаю наконец.

— Как не было? — едва ли не синхронно выдают мужчины.

Глеб хмурится, будто пытаясь решить в уме чрезвычайно сложную задачу. Олег Викторович находится куда быстрее:

— Тогда откуда зрение? — скептически спрашивает он.

— Я головой ударилась, — начинаю, непонимающе переводя взгляд с Глеба на доктора и обратно. — Взрыв был. Я о стену затылком ударилась. Вот и…

Вижу, что Глеб мрачнеет, и потому замолкаю.

— Нет, — оживляется доктор, поднимаясь с дивана. — Это случайность.