Его маленькое (не) счастье

Закатываю глаза, откладывая телефон на стол.

— Нет, ты только посмотри, — настаивает она. Хватает телефон, включает экран и тычет мне в лицо.

Там Алиса… клуб. Неоновое освещение, но у Марьяны хорошая камера. Девочка вместе с неформальным парнем, в ее руках бокал, улыбается, пока парень обнимает ее за плечи. Марьяна перелистывает фото, и вот они уже танцуют. Очень откровенно танцуют… Он прижимается к ней сзади, обвивая руками талию. Не похоже, что Алисе это не нравится. Она наслаждается, откинув голову ему на плечо. Внутри меня начинает скапливаться что-то очень болезненное. Я смотрю только на его руки на теле моей девочки, и мне хочется их сломать. Внутри все горит от ревности. Когда я понял, что мне изменяет жена, то не испытывал даже половины того, что ощущаю сейчас.

Отталкиваю от себя руку Марьяны вместе с телефоном.

— Нет, подожди. Самое интересное впереди, — триумфальным голосом заявляет Марьяна. И включает видео. Вырываю из ее рук телефон, всматриваюсь. Темно, но я четко понимаю, что там Алиса и тот парень. Музыка звучит глухо, они в каком-то коридоре с подсветкой пола. Парень прижимает ее к стене и целует. Всего десять секунд, и видео обрывается. Но мне достаточно, чтобы внутренне разорвало на ошметки, до горечи пепла во рту. Дышу глубоко, чтобы оставаться непроницаемым для Марьяны, которой нужны мои эмоции.

— Не такая уж и святая, — Марьяна вновь садится напротив меня, но смотрит уже с триумфом.

— Личная жизнь Алисы никак не относится к нашему разводу. Мы едем к адвокату? Или будем судиться? — холодно спрашиваю я.

— Едем! — нервно кидает Марьяна и поднимается наверх собираться.

ГЛАВА 20

ГЛАВА 20

Прошло два месяца

Алиса

Осень прошла. Уже конец декабря. А его нет… И мне дико тоскливо, особенно учитывая то, что мы больше не разговаривали. У меня не хватает духа, а Платон…

Он уехал на реабилитацию. Слишком быстро и неожиданно для всех. Особенно для меня. Собрал вещи, перевел Леру на дистанционное обучение и уехал на восстановление в Германию. Я даже попрощаться не успела, пришла с университета, а они уже чемоданы грузят. Только Лерка счастливая вокруг меня скачет, спрашивая, что мне привезти из Германии.

А я стою растерянная, глазами хлопаю и слова сказать не могу. Только смотрю на то, как Платон прощается с Ароном, Мироном, даже Миланка его целует, а я не могу сдвинуться с места. Он лишь кивает мне и пересаживается в машину. Все расходятся, а я так и стою, смотря, как машина увозит его далеко и надолго.

В тот день я прорыдала в своей ванной весь вечер.

За что он так со мной?

Наигрался и понял, что я ему не подхожу?

Хотя над чем тут сокрушаться. Платон никогда меня не любил.

Никогда!

Я для него всего лишь капризный и навязчивый ребенок. И от этого так горько, что хочется кричать. Что я и делала.