Я (не) ведьма

— Он рано потерял отца, но на троне не было господина достойней.

Но я опять почувствовала: что-то не так.

Когда говорят правду — смотрят в глаза, и не оттягивают ворот камзола, как будто он тебя душит.

— Расскажите о нем? — продолжила я расспросы. — Что любит ваш… наш лорд в свободное время?

— Наш лорд — истинный мужчина. Он любит охоту и хороших лошадей.

«Верно, еще и женщин», — добавила я мысленно. О пристрастиях истинного мужчины мне было ведомо не понаслышке. И я снова взглянула на отца. Он раскатисто хохотал, хлопая сэра Раскела по плечу, а старый рыцарь сдержанно улыбался.

— Он… он галантен, — продолжал Эрик, — он красив, он нравится всем женщинам, можете не сомневаться.

«Сомнительное достоинство», — подумала я, не удержавшись, чтобы не посмотреть на сэра Эдейла. Тот как раз пригубил кубок в очередной раз и повернулся вполоборота, не спуская глаз с меня и Эрика."

"— Он образован, — Эрик увлеченно расписывал достоинства моего жениха. — Когда милорд жил в столице, то очень интересовался науками и даже ходил на лекции в университет.

— Какое похвальное рвение, — сказала я, стараясь больше не замечать сэра Эдейла. Пусть себе пьет, сколько пожелает, и смотрит мрачным взглядом. Еще бы напился перед венчанием, чтобы не мог встать на ноги, и пришлось бы подыскать другого жениха по доверенности.

— Милорд прекрасно играет на лютне, и танцует так же легко, как вы, леди, — уголки губ юноши лукаво задергались, и он закончил: — Вздумай его величество танцевать яичный танец — ни одно не пострадало бы.

Я не могла удержаться от смеха и совсем позабыла, что надо следить за фигурами и считать шаги. Забыла, но не сбилась ни разу. Наверное, в этом прежде всего была заслуга Эрика, и я взглянула на него с признательностью. Пусть мачеха кусает локти! Кирия Санлис не ударит в грязь лицом!

Музыка закончилась, и мы с Эриком раскланялись друг с другом. Он взял меня за руку, чтобы проводить к столу, но путь нам преградил сэр Эдейл.

Сердце мое забилось, когда он тяжело посмотрел на Эрика, и тот сразу отпустил мою руку.

— Разрешите и мне танец с невестой, — сказал сэр Эдейл очень любезно. — Что вам угодно, леди Кирия? Сальтореллу или бранль? — когда он наклонился ко мне в полупоклоне, я ощутила запах вина.

Похоже, сэр Эдейл немного увлекся красным фалернским, и оно придало резвости его пяткам, но вряд ли добавило разумности.

— Если позволите, мне было бы угодно вернуться к отцу, — ответила я, потупившись, как и положено скромной девице. — Прошу прощения, сэр, но я устала и хочу выпить немного воды, чтобы охладить сердце.

— А ваше сердце горит? — перебил он меня, взял за руку и почти насильно потащил в середину зала, крикнув музыкантам: — Играйте вольту!

Я перепугалась до дрожи в коленях и вцепилась свободной рукой в его запястье.