Я (не) ведьма

Но ему не следовало знать о моей слабости, и я перешла в атаку, пока он не начал обвинять меня в других преступлениях против нравственности.

— В свою очередь спрошу, а что вы делали ночью в саду моего отца? — поинтересовалась я. Держась за руки, мы прогалопировали по всему залу, и мне удалось даже не сбиться с шага.

— Я-то находилась там на законных основаниях, а вот вас никто не приглашал."

"— Вы не только скачете легко, как козочка, — парировал он, — но и бодаетесь, как она. Напомню, что еще вы пришли ко мне в палатку. Ночью.

— Потому что вы украли мои туфли.

— Прежде вы украли мой плащ.

— Вот и хотела его вернуть, а вы набросились…

Он снова закружил меня, подняв без видимых усилий, и мне понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя. За это время я умудрилась шагнуть не в ту сторону, в какую требовалось, и столкнулась с рыцарем грудью в грудь.

Решение было принято мгновенно, и я отскочила, громко вскрикнув.

Лорды и рыцари, сидевшие за столом, оглянулись, а Эрик бросился ко мне, но сэр Эдейл успел первым и подхватил меня под локоть.

— Что случилось? — спросил он встревожено.

Музыканты не сразу перестали играть, но когда Эрик появился рядом, уже замолчали.

— Ах, сэр Эдейл наступил мне на ногу, — пожаловалась я. — Как больно!

— Обопритесь на меня, — засуетился Эрик.

Я не успела принять его помощь, потому что сэр Эдейл подхватил меня на руки и понес к моему креслу.

Меня усадили, подсунув под локти подушки, и столпились вокруг, на разные лады высказывая соболезнования.

— Прошу прощения за неловкость, — сдержанно извинился сэр Эдейл.

— Прошу прощения, миледи, — счел нужным извиниться и сэр Раскел. — Вы не сильно пострадали?

— По-моему, ваш добрый сэр раздробил мне суставы, — сказала я, всем своим видом изображая немыслимые страдания. — Надо немедленно лечь в постель и приложить лед…

— Конечно! И как можно быстрее! — впервые мой отец выглядел таким перепуганным, когда дело коснулось меня.

А ведь всего два года назад, когда я полезла в овраг, доставая оброненный Стеллой мяч, и упала, поскользнувшись на сырой глине, и врачи подозревали у меня перелом руки, доложив об этом отцу, он сказал, чтобы его не беспокоили по пустякам.

— Гого! Проводи Кирию в ее комнату! — распоряжался отец. — Надеюсь, ничего серьезного, и невеста сможет стоять у алтаря…

— Я помогу леди, — сказал сэр Эдейл и снова поднял меня на руки. — Покажите, где ее комната.

— Гого! Покажи! — отец даже легонько подтолкнул мачеху в спину, чтобы шла быстрее.

Я бы предпочла ехать на ком-то другом, но кроме сэра Эдейла помощи никто не предложил. Уже в коридоре мачеха указала направление к нашей с сестрами спальне и сказала:

— Проходите туда, я распоряжусь, чтобы принесли лед. Едва она исчезла в темноте, я попросила:

— Можете отпустить.