Ян (не) для Янки

Ещё не поздно! Всего три буквы, но как много они способны изменить!

– Шах, ты чего молчишь? – предчувствует неладное Ди, и мне даже немного жаль дурёху! Только класть на алтарь её тупых расчётов свою жизнь я не готов!

– Прости, Диан, – улыбаясь качаю головой, и, глядя в пустоту её красивых глаз, шепчу: – Я не могу! Не хочу! Не люблю!

Ди поджимает губки и пытается сохранить лицо. Здесь слишком много журналистов и злых языков, за один неверный шаг способных очернить репутацию любого. Её милый подбородок трясётся, букет выскальзывает из рук, а в небесно-голубых глазах блестят слёзы.

– Ты пожалеешь, – бормочет в ответ. Оглядывается на отца, взглядом просит поддержки! Только мне всё равно! Если мои расчёты верны, а слово Шахова до этого момента имело вес, то Фил уже на свободе, а значит, свободен и я!"

"– Жених, прошу вас! Ответьте! – уже в открытую требует регистратор, но озвучить своё «нет» не успеваю. Да и это , наверно, к лучшему! И без моего отказа позора семье Бельских теперь хватит надолго!

Всё происходит слишком быстро! Тяжёлые шаги, с ноги открытые в зал двери. Посторонние голоса, возмущение Бельского, угрозы и это вечное «вы не знаете, кто я», «да я вас сотру в порошок». Шокированные вздохи, чьи-то слёзы. Отчаянные крики Агнессы и обещания отца, всё уладить. Опустошённый взгляд Ди и бесконечные вспышки фотокамер!

Я вылетаю из ЗАГСа следом за Демидом. Вот только, если его свобода внезапно оборвалась, моя – впервые за долгие годы позволяет вдохнуть полной грудью! На ходу стягиваю удушливую бабочку и тесный пиджак. Подставляю нос холодным лучам солнца и ощущаю себя до неприличия счастливым! Ловлю такси, оставив кортеж из лимузинов гостям со стороны невесты, и мчу домой, попутно набирая номер Яны: мне терпится сказать ей правду. Я так взволнован и обескуражен, что не придаю значения пустым гудкам. Тороплю таксиста и проклинаю пробки! Не дожидаюсь лифта, стремглав перепрыгивая через кучу ступенек, и не удивляюсь приоткрытой двери в квартиру. Но сто́ит переступить порог, столбенею. Под звуки бьющего по ушам голоса диктора с новостного канала внезапно понимаю, что опоздал!

– Это неважно! – перекрикивает шум телевизора Филатов.

– Ты прав! – отвечает Даяна, нежась в его объятиях. – Шахов свой выбор сделал.

Они так увлечены друг другом, что совершенно не замечают меня. Не чувствуют, как сжигаю их взглядом и сам сгораю дотла от вспыхнувшей ревности.

– Даян… – Фил нежно касается ладонь волос моей Яны, а та лбом утыкается в его плечо.

– Он выбрал не меня, – произносит отчаянно. – Всё остальное теперь неважно!

Глава 30.