Ян (не) для Янки

"

"– У меня не было ни единого шанса отказаться от свадьбы! Видит Бог, я пытался! – сбивчивое дыхание Яна касается моей щеки. Впервые его близость раздражает! Я ничего не слышу! Не хочу слышать! Все, что мне нужно сейчас, чтобы Шахов вместе со своим отцом исчез из моей жизни. – Я тебе ничего не сказал, поскольку был уверен, что так тебе будет проще меня отпустить. Одно дело, знать, что нам нельзя, а другое…

– Твоя цель достигнута, Ян! – перебиваю Шахова и резко отталкиваю парня от себя. – Я тебя отпустила!

Хватаю с пола рюкзак и, не разбирая дороги, несусь к выходу.

– Даяна! – диким зверем ревет в спину Шахов.

– Я понятливая, Яник! – замираю у двери, растирая по лицу соленую влагу. В груди тесно. Горло дерет от слез. – Мне не нужно повторять сто раз! И врать мне не нужно было!

– Все не так, – надрывно шепчет Шахов.

Через силу оборачиваюсь, чтобы взглянуть на Яна в последний раз. Шах стоит все там же, в гостиной возле дивана. Он нервно покачивается на пятках, беспорядочно дергает на голове волосы и продолжает лихорадочно смотреть на меня воспаленным взглядом. Ему больно, но свою боль он заслужил сам.

– Как ты там написал? Пообещай, что постараешься стать счастливой? – голос дрожит, уступая место волнению.– Я обещаю, Ян! Стану! Только не с тобой!

Глава 31. Даяна

– Ну! Рассказывай! Сдала? – Маша дёргает меня за рукав, старательно вырывая из рук зачётку. – Какой билет достался?

– Зайцева, угомонись! Если Талеева не сдала, то нам всем и пытаться не стоит, – бурчит Митя, проталкиваясь мимо нас к аудитории. Полный решимости сменить меня на зачёте у Мухомора, Зюзев лишь на пару секунд замирает возле массивной двери и, глубоко вздохнув, заходит в кабинет. – Здравствуйте, Степан Леонидович!

Смотрю в спину рыжику и до сих пор не могу поверить, что самое страшное осталось позади. Впереди у всей группы ещё два экзамена до долгожданных зимних каникул, но все мы не без основания больше всего боялись именно зачёта у Мухова.

– Сдала! – наконец улыбаюсь Маше от уха до уха.

Зюзеву невдомёк, что Мухомору до моих знаний дела не было: у старика со мной личные счёты. Все мои опоздания, прогулы и замечания сегодня вылились в допрос с пристрастием! А потому вдвойне рада, что профессор сумел задвинуть личную неприязнь в дальний угол и скрепя сердце всё же вывел заветное «зачёт» и размашисто расписался напротив.

– Я же говорила! – скачет от радости Зайцева и переплетает наши пальцы. – Теперь не отвертишься! Да, Медвежонок?

В глазах подруги тут же разгорается азарт и нетерпение!

– Теперь точно! – поддакивает на автомате Егор, судорожно бегая глазами по конспектам.

– Ты главное – сама зачёт не завали, – хихикаю в ответ, хоть и понимаю, что попала на все сто.