Ян (не) для Янки

Среди всего прочего хлама она выделяется своим чистым чёрным цветом без единой пылинки.

– Слушай, вода только из-под крана, – горланит Зюзев с кухни. – Может, колы?

Я не хочу колы, но спорить с Митей ‐ ещё больше.

– Хорошо, – кричу в ответ, а сама тянусь к странной находке.

– Держи, – парень возвращается слишком быстро и подходит ко мне чересчур тихо. От неожиданности слегка подпрыгиваю и роняю на пол папку, из которой веером вываливаются газетные вырезки с фото. И на каждом Бельская.

– Прости! – тут же приседаю, чтобы всё собрать обратно.

– Не тронь! – рычит Митя не своим голосом, отчего снова вскакиваю на ноги, но случайно выбиваю из рук парня стакан с газировкой.

Облив мои волосы и кофту, тот приземляется прямо в эпицентр газетных обрывков.

– Вот он бумеранг! – встряхиваю руки и глупо хихикаю, да только Зюзеву не до смеха. С маниакальной щепетильностью он начинает спасать фотографии Бельской, изредка царапая меня своим взглядом.

– От тебя одни неприятности, Талеева! – шипит рыжик. – Кому расскажешь, уничтожу! Поняла?

– Нашёл по кому страдать, – ухмыляюсь, хотя отчасти прекрасно понимаю Митю.

Я и сама такая. Пока Шахов развлекает Бельскую во Франции, я, как больная, вспоминаю тепло его рук и брежу им. – Можно в ванну?

– Иди ты, куда хочешь!

Ванная комната в квартире Зюзева выглядит не чище, чем и всё остальное. Старая сантехника, грязное полотенце на крючке, а зубная щётка в неприглядном стаканчике и вовсе, видимо, перешла Мите по наследству от прадеда. Включаю воду и, стараясь ещё больше не запачкаться, аккуратно очищаю кончики волос, кофту и лицо от сладкой газировки.

Дверной звонок я слышу не сразу. За шумом воды теряются голоса.

Но когда раздаётся неимоверный грохот, выскакиваю из ванной. И прямо так, с сырыми волосами, рукавами, закатанными по локоть, и мокрым лицом, выбегаю в прихожую.

– Совсем больной? – глухо шипит Зюзев, прикрывая ладонью нос, из которого тонкой струйкой сочится кровь. – Я это так не оставлю! Понял!

Перевожу взгляд на буйного гостя и замираю. Филатов.

Саша стеклянными, совершенно пустыми глазами смотрит на меня в упор, нервно разминая кулак, которым только что сломал нос Зюзеву.

– Не обманула, значит! – цедит он сквозь зубы, а потом резко уходит, с дикой силой хлопнув за собой дверью.

Глава 16. Фил

Что я здесь делаю? Зачем сижу в этой чёртовой однушке с пустым холодильником и смотрю на чужую девушку.

– Чужую, – произношу вслух и поправляю Даянке одеяло, а затем беру пустую чашку из-под чая и иду на кухню.

«Спит. Врач был. Продукты и лекарства купил».

Отправляю Шаху сообщение, а сам сажусь на табурет и вытягиваю ноги.

– До чего маленькая кухня!– ухмыляюсь, пятками упираясь в плинтус. Глазами поедаю полку у окна. И всё же Янка смешная.