Отец моего жениха

Набухаться — это круто.

— Думаю, за это тебе не стоит переживать Снежана, - неожиданно произносит Сергей, и от неожиданности я поднимаю на него захмелевшие глаза. – Точно лучше, чем его мать, которая сразу после операции улетела отдыхать на Бали.

Снежана начинает возмущенно оправдываться, а единственное, о чем сейчас думаю я – о том, что Молотов меня защитил. Впервые встал на мою сторону. Ну или я сильно перебралас шампанским и начались слуховые галлюцинации.

— Пойду принесу десерт, - отставляю бокал в сторону и поднимаюсь с места. Нужно чем-то себя занять, чтобы не начать таращиться на Сергея.

Слегка покачиваясь от выпитого алкоголя, я поправляю задравшееся платье и иду на кухню. Нет, все-таки бухлишко - вещь. Меня больше не занимают философские размышления о жизни, я не думаю о совести, о том, где достать денег на аренду, и почему мой жених мне соврал. Открываю холодильник и, склонившись над полками, пытаюсь сфокусироваться на их содержимом, чтобы найти заказанный Снежаной чизкейк.

— Твою мать! Да где же ты? – отодвигаю в сторону фрукты, овощи, контейнеры с едой, и внезапно ощущаю, что на кухне я больше не одна. Понимаю это по древесному запаху парфюма, мурашкам, атаковавшим предплечья и горячему дыханию у себя за спиной.

— Помочь? - спрашивает низкий голос рядом с шеей. Совсем близко, всего в нескольких сантиметрах.

Все тело прошибает разрядами тока, дыхание перехватывает, опьянения как не бывало, а внизу живота стремительно закручивается пружина. Молотов здесь. Прямо за мной. Снова.

Сергей перегибается через меня и, обжигая спину прикосновением твердой груди, вытаскивает из холодильника коробку с десертом. Я же продолжаю стоять как истукан, потому что его близость лишила меня способности говорить и двигаться.

— Думаю, тебе достаточно пить, Юля, — негромко произносит он и, не дожидаясь моего ответа, покидает кухню.

27

Сергей

«Чтобы видеть, нужно смотреть», крутится в голове под несмолкаемый голос Снежаны, разглагольствующей о свадьбе нашего сына.

Я все это время смотреть отказывался, предпочитая довольствоваться собственными представлениями о жизни, и вот сейчас у меня словно глаза открылись. Ну какая Юля охотница за сокровищами? Бесхитростная девчонка, которая даже смущение скрыть толком не может. И которая, вдобавок, выглядит уставшей и измученной, что особенно заметно на фоне цветущей бездельницы Снежаны и не обремененного заботами Димы."

"Почему-то мне рязанку сейчас жалко, а мне в жизни редко кого пожалеть хотелось. Меня в свое время мало, кто жалел — ни один рубль просто так в руки не свалился. Я и фуры с товаром разгружал на морозе: ладонями потом можно было гвозди забивать — так они коченели, и биту в руки брал, когда конкуренты наезжать пытались.