Красив. Богат. Женат

Ну, конечно! А что еще он может сказать? Разбирайтесь без меня, только потом не забудьте предупредить, о чем в итоге договорились?

Спрятав телефон в кармане, пересекаю проезжую часть по пешеходному переходу и направляюсь к ресторану «Онегин».

Нервы звенят от напряжения, и к горлу волнами подкатывает тошнота, но я упрямо переставляю ноги.

Мне стыдно и страшно до дрожи, но я хочу услышать то, что она мне скажет. Узнать, что она думает не через Арса, а из первых уст.

Инга сидит за тем же столиком, хотя попрощалась с нами у входа в ресторан. Подперев подбородок кулаком, пальцем второй руки листает что-то в телефоне.

Замедляю шаг, рывками наполняя легкие, словно это последний кислород в моей жизни.

Подхожу к столу, ставлю сумку на стул, на которой до этого сидела мама, и только тогда Инга поднимает на меня свой взгляд. Я думала увидеть в нем презрение и злобу, но натыкаюсь лишь на обиду и непонимание. Это обескураживает.

Ноги подкашиваются, и я валюсь на стул.

Инга смотрит четко в глаза, у нее есть на это право. Я тоже – не хватает духа отвернуться.

Медленно вращая чашку с недопитым кофе вокруг своей оси, вытягивает из меня нервы по одному.

- Что он наобещал тебе, Марина?

Моя спина неестественно ровная, руки лежат на коленях. Я как загипнотизированная смотрю в ее глаза и даже не пытаюсь вымолвить хотя бы слово. Язык во рту распух и онемел.

- Сказал, что разведется со мной, да? – выдвигает предположение, невесело улыбаясь, - и будет только с тобой?

Легкие горят огнем. Наверняка, лицо тоже, потому что щеки неприятно щиплет. Я чувствую себя мразью… и еще дурой.

- Не ожидала от тебя, девочка, - потупляет взгляд и обхватывает чашку обеими руками, - ты меня… удивила, мягко говоря…

- Он сказал, что уже подал на развод, - произношу совершенно незнакомым голосом, и осекаюсь, когда она стреляет в меня глазами.

- Не подал… и не подаст, Марина. Ты же не думаешь, что ты у него первая? Такое уже случалось, и мы это преодолевали.

Я не верю. Или… нет, я просто отказываюсь в это верить, Арсений не такой, как Игорь. Зачем ему врать?

- Ты знаешь, - вздыхает резко, - если бы ты не была дочерью своих родителей, которых я безмерно уважаю, мы бы с тобой сейчас здесь не сидели. Я позвала тебя, потому что хочу поговорить, как женщина с женщиной.

Разговор обманутой жены и молодой любовницы – какая пошлятина… Две женщины, делящие между собой мужчину, словно он бессловесная скотина. Я не хочу в этом участвовать.

- В наших отношениях сейчас кризис, Марина, - прерывается на короткий смешок, - ну, это и так понятно, раз его снова потянуло на сторону. Такое случается в каждой семье, наверняка, было и у твоих родителей.

Ее слова вызывают сильнейшее отторжение. Мотаю головой.