Кровь моего монстра

Его пальцы скользят по ткани и, хотя наша кожа разделена ночной рубашкой, он с таким же успехом мог бы прикасаться ко мне обнаженной. Он никогда не прикасался ко мне так, и новизна этого сбивает меня с толку.

— Капитан...

Я замолкаю, когда мои глаза сталкиваются с предупреждением в его суровых глазах. Интенсивность, стоящая за ними, соперничает с болью в моем плече.

— Это всего лишь игла. — его голос несет в себе тепло, как в суровую зиму. Глубокий и твердый, но не такой властный, как я привыкла. Господи. Это самозванец или что-то в этом роде?

— Это то, что я ей говорила, — добавляет Надя рядом со мной, но я слишком сосредоточена на лице капитана, чтобы обращать на нее внимание.

Его свободная рука гладит мою щеку так нежно и любовно, что мне кажется, я сейчас растаю.

— Ты можешь это сделать, Солнышко.

Нет.

Нет.

Должно быть, я сплю, или же ... Или же…Капитан Кирилл только что назвал меня своим солнцем. Нежный термин, который используется только между влюбленными.

Моя челюсть вот-вот ударится о землю, когда он гладит меня по подбородку, слегка сжимая мои приоткрытые губы.

Движение быстрое и прямое, но с таким же успехом он мог бы спровоцировать войну в моей груди. Место, где он прикоснулся ко мне, покалывает и жжет, заставляя меня задыхаться из-за чего-то совсем другого, чем боль. Укол отвлекает мое внимание на руку, в которую Надя успешно воткнула иглу. От этого зрелища у меня к горлу подкатывает тошнота.

— Посмотри на меня, Солнышко.

Словно загипнотизированная, я поворачиваю голову в его сторону. По какой-то причине его ледяные глаза больше не такие свирепые, но они все еще опасны. Он успешно скрывает свою натуру за очками в черной оправе, но не настолько, чтобы одурачить меня.

— Все будет хорошо — говорит он с той фальшивой мягкостью, которая вызывает у меня дрожь.

Что это? Как я должна смотреть на капитана и не думать о нем как о своем капитане? Пространство между моими ногами согревается и покалывает. Это настолько неудобно, что мне хочется оттолкнуть его и пойти куда-нибудь спрятаться.

— Мы все закончили. — Надя прерывает этот момент, и я моргаю один раз, разрывая контакт с его гипнотизирующими глазами.

Надя протягивает мне обезболивающее и стакан воды. — Это притупит боль. Если ты устала, поспи. Мой муж скоро будет здесь, чтобы повидаться с тобой.

— Спасибо тебе, Надя, и не только за это, но и за то, что приютила нас, когда нам некуда было идти — говорит капитан тем странным тоном. Он говорит, как самый красноречивый джентльмен, перед которым невозможно устоять.

— По крайней мере, у одного из вас есть хорошие манеры — говорит она, не меняя выражения лица.

— С-спасибо, — выпаливаю я.

— Извините мою жену. — Капитан крепче сжимает мою талию. — Обычно она не такая, но выстрел перевернул наш мир с ног на голову.