Мертвый кролик, живой кролик

Мордовин, конечно, здорово постарел и завел глупую растительность на щеках, но вид у него был все такой же хищный, как на фото, хоть и несколько потертый. Как будто тигра держали в клетке и плохо кормили.

– А ну пошел отсюда! – заорал Мордовин. – Проваливай, я кому сказал!

С Егором, растерянно замершим на месте, что-то случилось. Все шло не так, как должно: не было ни дерева, ни маминой могилы, и проклятый Мордовин отчего-то оказался дома, а не на работе, чего Егор никак не ожидал, – но в нем вдруг толкнулась сильная злость, как чугунная баба, бьющая в стену, и под этим ударом страх и неуверенность Егора рухнули.

Его наполнила холодная свежая ярость, точно ветер, гуляющий на месте снесенного дома.

Он так напористо двинулся навстречу Мордовину, что тот замедлил шаг, а потом и вовсе остановился.

– Э! Ты сынок забелинcкий, что ли? – удивленно спросил Роман, вглядываясь в него.

– Забелинский, – сквозь зубы ответил Егор. Все катилось к чертовой бабушке, не было смысла скрываться.

– А чего тебя сюда принесло?

– Я знаю, что вы сделали вместе с моим отцом в тот день! – выпалил он.

Это было первое, что пришло на ум.

Мордовин дернулся, словно в него выстрелили, и оцепенел. Если у Егора и были какие-то сомнения, они рассеялись в ту же секунду. Перед ним стоял очень испуганный человек. В следующий миг Мордовин взял себя в руки, но было поздно.

– Ты чего несешь-то? – угрожающим полушепотом начал Мордовин. – Чего ты знаешь!

– Я знаю! – упрямо повторил Егор, сжав кулаки.

– Бред какой-то. – Мордовин не отводил от него взгляда. – Нечего знать, понял?

– Знаю!

Они перекидывались этим словом, будто горячей картофелиной.

– Тебя отец прислал?

Егор не придумал, что отвечать; он не мог понять, как вести себя дальше.

Ярость испарилась, и снова нахлынула растерянность. Ну вот раскосый признался – и что дальше? Все было как-то нелепо, скомкано…

«Пусть сам показывает, где зарыли тело», – сообразил Егор. В фильмах раскаявшийся убийца всегда приводил полицию на место, где прятал труп.

Егор открыл рот, чтобы спросить, где могила. Его кольнуло жуткое подозрение: а вдруг мама где-то рядом, прямо у него под ногами? От этой мысли он буквально подпрыгнул.

– Ты чего? Клея нанюхался?

– Роман? – окликнули сзади.

"

"Дернулись оба: и мальчик, и мужчина. Егор непроизвольно отступил на шаг и приготовился драпать.

От калитки к ним приближались двое: толстопузый дядька в кепочке и при нем молодой хлыщ в кожаной куртке, с выбритой мордой.

– Роман? – повторил дядька, подойдя ближе.

– А вам чего надо? – грубо спросил Мордовин.

– Ты машину не продаешь? Вроде бы с тобой по телефону говорили…

Мордовин расплылся в неискренней улыбке и взмахнул рукой.

– Извиняюсь, не сообразил… Пойдемте в гараж.

Троица двинулась к дому.