Отдаленные последствия. Том 2
Вы когда-нибудь слышали о термине «рикошетные жертвы»? Нет, это вовсе не те, в кого срикошетила пуля. Так называют ближайшее окружение пострадавшего. Членов семей погибших, мужей изнасилованных женщин, родителей попавших под машину детей… Тех, кто часто страдает почти так же, как и сама жертва трагедии…В Москве объявился серийный убийца. С чудовищной силой неизвестный сворачивает шейные позвонки одиноким прохожим и оставляет на их телах короткие записки: «Моему Учителю». Что хочет сказать он миру своими посланиями? Это лютый маньяк, одержимый безумной идеей? Или члены кровавой секты совершают ритуальные жертвоприношения? А может, обычные заказные убийства, хитро замаскированные под выходки сумасшедшего? Найти ответы предстоит лучшим сотрудникам «убойного отдела» МУРа – Зарубину, Сташису и Дзюбе. Начальство давит, дело засекречено, времени на раскрытие почти нет, и если бы не помощь легендарной Анастасии Каменской…Впрочем, зацепка у следствия появилась: все убитые когда-то совершили грубые ДТП с человеческими жертвами, но так и не понесли заслуженного наказания. Не зря же говорят, что у каждого поступка в жизни всегда бывают последствия. Возможно, смерть лихачеЙ – одно из них?
Артем вошел, осторожно присел на краешек кровати, словно находился в гостях, а не у себя дома.
– Инга, тебе не кажется, что нужно обратиться в полицию?
– В полицию? Зачем?
– Какое-то странное совпадение с этими списками… Нехорошо это. Мне не нравится.
Ей стало не по себе. Зачем в полицию? С какой стати?
– Да, совпадение. Но именно совпадение. Ничего странного я не вижу, – ответила Инга, и ей показалось, что слова прозвучали излишне резко. – И вообще, я не понимаю, какое дело полиции до каких-то списков, составленных человеком, которого уже давно нет в живых.
– Ты не понимаешь, – вздохнул Артем. – У Виталия Аркадьевича действительно серьезный конфликт с Горожановой, и теперь, когда убили ее пасынка, полиция наверняка подозревает, что Фадеев свел счеты. Сегодня приходили к нему домой, причем в его отсутствие, Виталий Аркадьевич был на переговорах, опрашивали персонал, делали вид, что интересуются Горожановой, и я сначала поверил, а сейчас подумал: что, если на самом деле они подозревают Фадеева в убийстве ее пасынка? То есть Фадеев, конечно, совершенно ни при чем, но пока они будут ковыряться в своих подозрениях и задавать идиотские вопросы всем подряд, они могут нанести бизнесу существенный урон. Партнеры начнут косо смотреть, Виталий Аркадьевич будет нервничать, сделки станут срываться, переговоры провиснут. Могут провести обыск, изъять документацию и компьютеры, заморозить счета, и весь бизнес встанет. Ты ведь знаешь, полиция давно уже забила на закон, обыски проводят у всех подряд, даже у свидетелей, как ни бредово это звучит. Так что им и основания не нужны, сделают, как захотят.
– А ты так уверен, что Фадеев не имеет к убийству никакого отношения? Ты ему свечку держишь круглосуточно?
– Инга, я понимаю твой сарказм, я действительно не бог и не всеведущ, но у меня пока еще есть глаза и мозги. Когда пришла полиция, охранник позвонил мне и попросил узнать у шефа, какие будут указания: пускать или гнать в шею. Виталий Аркадьевич не сомневался ни минуты, ни секунды! Ни один мускул не дрогнул. Он удивился, был в недоумении, но не испугался ни на грамм, можешь мне поверить. И сразу же ответил, что людей из полиции нужно впустить и ответить на все их вопросы. Это означает, что ему совершенно нечего скрывать, нечего опасаться.
– Хорошо, допустим. И как полиции поможет список Выходцева? Они и сами прекрасно знают, что младший Чекчурин когда-то совершил ДТП и покалечил девушку. Тоже мне, секрет!
– В этом секрета нет, ты права. А в тебе – есть.
– А я-то тут при чем? – изумилась Инга.
– Ты была постоянной медсестрой у Выходцева. Выходцев составил список. В списке был Чекчурин. Отец Чекчурина женат на Горожановой, у Горожановой конфликт с Фадеевым. А у Фадеева работаешь ты. И Чекчурина убивают.

















