Отдаленные последствия. Том 2

Не сейчас, конечно, сын еще мал, но через годик – почему нет? Через год, если все пойдет, как сегодня, Олегу и зарплату существенно прибавят, можно будет даже няню с собой вывезти, чтобы и дети рядом были, и самим нормально отдохнуть. «Кенгуру», магазин для беременных? А что? Очень даже возможно, только пусть Светка, жена, немножко в себя придет. Старшая – в школу, младший – в садик, и вперед, к третьему ребеночку!

Из этих благостных, радостно-возбужденных грез Олега выдернул телефонный звонок. Мамин голос дрожал и срывался. Отца увезли на «Скорой», все очень плохо, врачи дали понять, что лучше на всякий случай успеть попрощаться. У Олега потемнело в глазах, от охватившей его паники затряслись руки, пришлось припарковаться. Он с трудом попадал дрожащими пальцами в экран навигатора, чтобы выстроить маршрут до больницы, адрес которой назвала мама. Наконец справился. Постарался сосредоточиться, сделал несколько глубоких вдохов. Снова поехал. «Все очень плохо… успеть попрощаться… очень плохо… успеть попрощаться…» Дорога впереди свободна, можно прибавить скорость.

И вдруг эта девочка. Прямо из-за стоящего на остановке автобуса. В этом месте нет ни регулируемого перехода, ни обычного пешеходного, размеченного полосками. Кто мог ожидать, что какой-то ребенок кинется через всю трассу наперерез потоку машин?

То, что происходило дальше, Олег Литвинович или помнил совсем плохо, или не помнил вовсе. В памяти остался только леденящий черный ужас, накрывший его поздно вечером. Девочка, восьмилетняя Даша Винникова, погибла. Отец умер. Его, Олега, посадят.

Это случилось шесть лет назад. Олега не посадили, дали условный срок, приняли во внимание неосторожность самой Даши, грубо нарушившей правила, а также искреннее и деятельное раскаяние Литвиновича и признание им собственной вины: он превысил скорость. Родители Даши, оба врачи, повели себя по-разному. Мать проклинала Олега и желала ему скорой и мучительной смерти. Олег принимал ее слова как должное, ни на минуту не пытаясь оправдать себя. Виноват. Что тут еще скажешь? Отец же девочки, вопреки ожиданиям, на суде попросил проявить к виновному снисхождение и не наказывать его реальным лишением свободы. Олег, раздавленный случившимся и впавший в депрессию, вяло удивился. Ни на что большее у него не было сил.

Но после оглашения приговора он все-таки подошел к Винникову.

– Спасибо. Но почему?

– Я психиатр, – печально улыбнулся отец Даши. – Я знаю, в какой ситуации вы были, когда… когда это случилось. Наша с женой утрата трагична и невосполнима, наши страдания огромны, но это не значит, что больше никто, кроме нас, не страдает.