Погоня

Фитци покорно качает головой, разворачивается и исчезает у себя.

– Созвонимся, – бормочет Бренна, проходя мимо меня к лестнице.

Безмолвно киваю.

Несколькими минутами позже звук мотора подсказывает, что она заказала такси и уехала.

– Ух ты, – произношу я вслух.

К удивлению, Хантер идет за мной в спальню и запрыгивает на кровать. Мышцы его пресса перекатываются под кожей и сокращаются, пока он сам устраивается поудобнее.

– Невероятно, – сообщает он сонным голосом.

– И почему ты лежишь в моей постели? – буравлю его взглядом.

– Да просто так. – Он поворачивается на бок, свешивая с края длинную мускулистую ногу, обнимает подушку и с довольным видом вздыхает: – Споки-ноки.

Глазам своим не верю. Через несколько секунд Хантер уже спит, а у меня нет сил выгнать его. Еще слишком рано, я проспала каких-то четыре часа."

"Поэтому я делаю то, что сделала бы любая усталая двадцатиоднолетняя девушка: забираюсь в постель к полуобнаженному мужчине.

Хантер издает тихий звук, а затем обнимает меня и притягивает ближе. Сначала сопротивляюсь, напрягаю мышцы, но затем расслабляюсь, прогоняя из тела напряжение. Я так давно не засыпала в чужих объятиях, и это…

Черт возьми, это мило.

12

Фитц

С понедельника начинается новый семестр, я встаю с первыми петухами. Небо похоже на темно-синий мазок кисти художника по черному холсту. Пока варится кофе, я стою у кухонного окна и наблюдаю, как слабый отблеск рассвета пробивается сквозь темноту. Не могу дождаться начала сегодняшних занятий. Я слышал только потрясающие вещи об игровой кинематографии и мечтаю узнать больше об основах 2D-анимации.

У меня две профилирующие дисциплины: изобразительное искусство и компьютерное программирование, – в чем мой старик не упускает случая укорить. Он считает первое направление ненужным бременем, которое мне следовало бы откинуть, чтобы сосредоточиться на втором. Его главный аргумент: «Компьютеры – вот будущее искусства, Колин». Он прав: графический дизайн в наше время применяется в основном в сфере цифровых технологий, люди рисуют прямо на компьютерах или планшетах. Я и сам так делаю. Однако гораздо приятнее ощущать твердую поверхность блокнота под рукой, слышать скрип карандаша или угля по странице. Рисование на бумаге и живопись на холсте стали настолько неотъемлемой частью меня, что невозможно представить, как я смог бы от них отказаться.

Не сомневаюсь, со временем в музеях холсты заменят цифровыми экранами, а таких, как я, сочтут вымирающим видом. Эта идея удручает.

Поскольку первый урок начнется не раньше десяти утра, а тренировка – не раньше восьми, у меня в запасе достаточно времени, чтобы проверить, как продвигается бета-тестирование моей игры. Прихватив кофе, поднимаюсь наверх и усаживаюсь за стол.