Самые близкие

— А ты бы прервала беременность, если бы узнала, что у ребенка обнаружены серьезные патологии?"

"— Не понимаю, почему ты отказываешься от повторных анализов, — уходит она от прямого ответа. — Что за принципиальность, Яна? Одно УЗИ при поступлении в больницу далеко не показатель. А если у ребенка действительно есть какие-то патологии, не совместимые с жизнью, то родить малыша и наблюдать, как он умрет на твоих руках — верх безумия. Это я тебе как мама четверых говорю. Такого ужаса ни одной женщине не пожелаю пережить. Я ведь не могу силой тебя заставлять проходить какие-то обследования, ты должна сама этого захотеть. Никто на тебя не нападает, ни в чем не винит, мы все пытаемся защитить тебя и помочь. Так всегда было. И будет. Кто бы ни был отцом твоего ребенка.

По коже бежит озноб от того, каким тоном мама произносит последние слова и как внимательно при этом на меня смотрит. Будто знает правду... Но это исключено. Андрей точно не признается в нашей связи, а сама я побоюсь еще раз поддаться эмоциям и сказать лишнее. Особенно после всего, что вывалила на Ковалёва в момент безумной горячки.

— Вы давите на меня. Все по очереди. С позавчерашнего дня. Может, попросите врача ввести меня в глубокий сон и проведете ряд обследований, пока сплю? А потом, если что, и роды вызовете. Без моего согласия, — ощетиниваюсь я, хотя никто на меня сейчас не нападает.

— Яна... — как-то обреченно вздыхает мама. — Девочка моя, ну что ты такое говоришь? Не узнаю тебя в последнее время. Мы все хотим тебе добра. Тебе и твоему ребенку. Я всего лишь настаиваю на том, что для вас будет лучше. А лучше будет провести полное обследование и знать, к чему быть готовым. Папа тоже так считает.

— В таком случае лучшим будет, если вы просто поддержите мое решение. Беременность не входила в планы, но я рожу этого ребенка. Здорового или больного, все равно. Не я первая и не я последняя, кто сталкивается с подобной ситуацией.

Мама опять вздыхает, заламывая руки.

— И вообще, когда меня выпишут? Хочу домой. Мне необходимо вернуться к занятиям.

— В Калининград? Ты серьезно?

— Да, — уверенно отвечаю.

А еще я хочу увидеть Андрея. Не понимаю, почему родные молчат и не отвечают на вопросы, где он и как у него дела? Надеялась, что увижу его, когда проснусь. Я бы извинилась, что наговорила глупостей про несуществующего парня из клуба, и сказала правду.

С самого детства бурно реагирую на Андрея. Сначала поддамся безрассудству, а потом сожалею об этом. Порой эти эмоции как цунами, которое невозможно остановить. А после того, что между нами произошло, все ощущается в разы острее.

Ответить мама не успевает: на пороге появляется Ильмира.

— Здравствуйте. Не помешаю?

— Нет, ты очень даже вовремя. Проходи, — кивает ей мама и берет свою сумку.