Шлейф сандала

Дальше Давид не стал слушать. Этого ему было вполне достаточно. Он бесшумно поднялся по лестнице и уже через пару минут был у себя в комнате.

- Вот так дела… - прошептал князь, падая на кровать. Закинув руки за голову, он довольно усмехнулся и прошептал: – В этот день судьба явно благоволит молодым офицерам. Оленька… моя Оленька… Капризная фортуна улыбнулась вам, ваше сиятельство.

* * *

Последние несколько дней Минодора только и говорила о том, как она представит Артемия отцу.

- На Медовый Спас у нас застолье намечается. Пироги с маком, сбитень, пряники медовые! – подруга блаженно прикрыла глаза, но заметив мой хмурый взгляд, быстро добавила: - А я кашей с медком оскоромлюсь, и будет. Батюшка медовухи выпьет, подобреет, а тут и Артемий заявится.

- Ты точно уверена, что нужно это делать? – я все еще сомневалась в этой затее. – Может, стоит еще подождать?

- Да чего ждать-то, Леночка? – Минодора смущенно покраснела. – Я женою его стать желаю.

Но произошло нечто такое, что разрушило все ее планы одним махом.

Дора явилась, как обычно, после ужина. Но не почему-то не пошла сразу к Жарикову, а позвала меня.

- Что такое? – я приветливо улыбнулась ей, но вдруг заметила, что девушка как-то странно выглядит. – Дора… что?

Она дрожала, ее глаза были полны слез и страха.

- А ну-ка, пойдем, - я потащила Минодору на скамейку, стоящую у душа. Там нас никто не услышит. – Рассказывай.

- Борис приехал… - всхлипнула девушка. – Они с отцом в кабинете сидели, пили анисовку, а я мимо проходила… и… и… услышала-а-а…

- Что ты услышала? – я напряженно смотрела на нее. – Ну?

- Батюшка приказал Арсения убить! – выдохнула Минодора, закрывая лицо руками. – Так и сказал: «Придушили его, чтобы под ногами не валандался. Угрожать мне надумал, гад. Еще и на купеческую дочь позарился, голь перекатная! Минодору ему подавай… Разбежался!».

- О Боже… - мне стало дурно. – О нет… Как же теперь с Артемием быть? Твой отец ведь думает, что именно его убили!

- Да! Артемий никогда не простит мне!

- Да ты тут причем?! – я оторвала ее руки от лица. – Посмотри на меня!

Минодора подняла на меня заплаканные глаза.

- Ты ни в чем не виновата. Артемий не тот человек, чтобы не понимать разницу между тобой и твоим отцом! – мне было тяжело говорить это, я еще сама не пришла в себя от шока. – Страшное кроется в другом! Если Василий Гаврилович узнает, что Артемий жив, он может…

- Нет! – девушка затрясла головой. – Я не позволю ему отнять у меня Артемия! Господи, Елена, как мне отцу в глаза теперь смотреть? Он убийца…

Что я могла ответить ей?

- Давай успокоимся и все обдумаем, - сказав это, я скептически закатила глаза. В последнее время слишком часто мне требовалось что-то обдумать.

- Да что ж тут придумать-то можно? – Минодора горько вздохнула. – Скажу Артемию, пущай уезжает отсюда.