Спорим, тебе понравится? (СИ)

Упёрлась в подоконник ладонями и, нахмурившись, оглядела двор, заставленный машинами.

Ничего подозрительного.

И только я было успокоилась, убедившись, что мне всё послышалось, как совершенно точно тишину за окном разорвало тихое, но отборное ругательство. А в следующую минуту я фактически окаменела от ужаса, потому что неожиданно, будто бы я попала в отборный хоррор, на перилах моего балкона появилась чья-то рука.

А за ней и вторая.

Тёмный силуэт подтянулся и перевалился через ограждение, а затем вырос в полный рост, заставляя меня пятиться от страха назад и в отрицании качать головой, беззвучно открывая и закрывая рот.

— Это сон, я просто всё ещё сплю...

Но он всё не останавливается, не растворяется в воздухе, а поднимает руку и тихо стучит костяшками по окну. Раз. Второй. Третий...

Вжимается в стеклопакет, рассматривая, что и кто есть внутри. Снова стучит, пока мои колени от страха превращаются в желе, а я сама отчаянно щиплю себя за бедро в тщетной попытке проснуться.

Потому что не может же это всё быть на самом деле!

Но чёрный силуэт не останавливается на достигнутом, а поднимает руку и снова стучит, а затем я слышу знакомое:

— Истома!

Я спятила. Да! Совершенно точно тронулась головой, потому что всё это из области фантастики и вообще сказок про единорогов, драконов и прочую нечисть.

— Открывай, твою мать!

Я на секунду зависаю, а затем зажимаю рот ладонью и трясу головой.

Какого чёрта я не просыпаюсь? Это же абсолютно не смешно! Это больно! Это просто ужасно так издеваться надо мной! За что? Чем я провинилась перед грёбаным миром, что он так изощрённо глумится надо мной?

— Я выбью эту хренову дверь, если ты сейчас же не откроешь мне, — слышу я сердитый выговор и качаю головой, но тело, предавая меня по всем фронтам, шагает вперёд до тех пор, пока я почти вплотную не оказываюсь у балконной двери.

Прижимаю ладони к холодному стеклу. Вглядываюсь в черты лица того, кто стоит всего лишь в метре от меня будто бы треклятый Ромео Монтекки? Боже, зачем он здесь? Навещать мне очередной отборной лапши на уши? Так, мне хватило, до сих пор всё комом стоит поперёк горла.

Резко разворачиваюсь и иду в постель. Пусть ломится хоть до второго пришествия. Но тут же вздрагиваю и замираю.

Удар в стекло.

— Раз!

— Плевать, — шепчу я сама себе.

Ещё удар.

— Два!

— Это очередная жестокая игра, Ника! Не верь ему! Он блефует, — хочется влепить себе звонкую оплеуху, чтобы очухаться и не тонуть в многочисленных «ах, если бы».

— Три!

Боже, он же разбудить мать и тогда..."

"— Ненавижу! — рычу тихо и всё-таки сдаюсь, кидаясь к двери и максимально осторожно проворачивая ручку.

Холодный воздух тут же лижет голые икры и пробирается выше, пощипывая бёдра и ещё не до конца зажившие ранки от портупеи.