Способность любить

Все время чувствую поддержку Влада. Он ничего не говорит, но я знаю – он рядом.

Дома тихо. И темно. Только в гостиной горит светильник. Я собираюсь пробраться в детскую, но меня зовет Влад. Иду к нему и вижу интересную картину: дочка спит на руках у Артема. Впрочем, Саша тоже спит, устроившись у парня на плече. Сам он задремал, но судя по всему недавно, потому что стоило нам приблизиться, как он тут же открыл глаза.

– Хорошо ты устроился, – замечает тихо Влад.

– Угу. Дочь у тебя капризная. Еле утихомирили, – также тихо отзывается Артем.

Матвей

Я привык к боли. Физической. За последние года два привык и к душевной. Но состояние сейчас – как будто вернулся с того света. Да что собственно – ""как будто"". Я и вернулся. С того света. И радость от того, что живой, от того, что близкие рядом – она какая– то не такая. Смазанная. На другую нет сил.

Больше всего хочется закрыть глаза и уснуть. Так и надо сделать впрочем. Во сне организм человека восстанавливается намного быстрее. Но не отпускает лицо Поли, улыбающейся мне сквозь слезы. Не люблю, когда она плачет. Сразу ощущение, что это я виноват. Сделал что– то не так. Обидел, хоть и не хотел. Я– то знаю, эта девочка чересчур хрупкая. Есть те, которых сколько не ломай, они становятся лишь сильнее. Другими, жестче. Но более сильными. А есть те, которые не готовы к тому, что жизнь в любой момент может предъявить счет, о котором ее и не просили. Поля относится ко второй категории. Это ни плохо, ни хорошо. Она просто такая, как есть. И люблю я ее тоже такой. Но вместе с тем понимаю – она не готово терять снова. И очень надеюсь, что ей не придется. Правда, не так давно я в этом сильно усомнился.

– Поль, все хорошо. Все обошлось, – говорю ласково, провожу костяшками пальцев по ее щеке.

Какая нежная у нее кожа...

Встать бы, схватить ее в охапку, закружить по палате, чтобы рассмеялась, зацеловать розовые губы. Да так, чтобы одно дыхание на двоих. Как же я по ней соскучился...

– Я знаю... – отвечает, протягивает руку к моему лицу, как будто прикосновение способно сделать меня более реальным, – Но... не верю...

Последние два слова произносит шепотом.

Странно, но когда нужно быть сильным для кого– то и ради кого– то, у меня всегда открывается второе дыхание.

Приподнимаюсь. Врач запретил... Ладно... Его же здесь нет. Притягиваю девушку к себе, целую нежно, хотя хочется смять ее губы, выпить ее всю до дна.

Отпускаю не сразу. Только, когда чувствую острую боль в месте ранения. Герой...

– Так веришь? – спрашиваю, укладываясь обратно на подушки.

Ее глаза как у пьяной. Мои, похоже, тоже такие же."

"– Теперь – да, – улыбается и улыбка освещает ее лицо словно солнце.

Полине очень идет улыбаться. Она становится еще красивей.