Эскортница

— Хорошесть ассоциируется с беспомощностью."

"Истомин слегка кивает, сверля взглядом. Размышляет о чем-то своем.

— Тут главное — соблюсти баланс и не уйти на темную сторону, но для этого и существуют принципы. Обзаведись.

Двери автоматически разъезжаются, и мы выходим на улицу. Я окидываю взглядом пейзаж новой высоты, улыбаюсь встречным туристам. Классная здесь атмосфера! Люди веселые, смеются, шутят. Делаю несколько шагов в сторону следующего подъемника, но Артём стискивает мое запястье и направляет к тропе.

Пешей.

— Уже всё, приехали? — расстраиваюсь я, с завистью поглядывая в сторону очереди на подъемник. — Может, еще не много поднимемся? Чуть-чуть. Инженеры старались, строили.

— Спорт — жизнь, Галя, — бодро объясняет Артём. — Когда на душе паршиво, что в первую очередь нужно делать? Верно: приводить в порядок тело. Потому что наши чувства и эмоции — это химические реакции. Все взаимосвязано.

— Короче, мы шпарим в гору своим ходом.

— Да.

Я поправляю лямки рюкзака, радуюсь, что купила хорошие, удобные кроссовки. И устремляюсь вслед за Артёмом навстречу приключениям.

Зимой на этот курорт ради удобных трасс съезжаются лыжники и сноубордисты, летом же горы исполосованы пешими и велосипедными маршрутами. Наша сегодняшняя дорога отмечена на карте синим цветом, значит, средняя степень тяжести. Для подготовленных.

— Так вот что ты имел в виду, когда спрашивал о расширении прайса! — со злостью выпаливаю я, карабкаясь по камням тридцатью минутами позднее.

Артём уже забрался на приступок и смотрит сверху вниз на мои старания.

Здесь не слишком опасно, но конечность вывихнуть — запросто. И я уже дважды поцарапала колено.

— Чертов извращенец, — мямлю себе под нос.

Артём хохочет. Присаживается на корточки и милостиво протягивает ладонь.

— Ты же не думала, что твои «уникальные» способности в постели стоят так дорого? Я заценил, деваха спортивная, то что надо в поход.

Я фыркаю. Проигнорировав снисходительный жест, подтягиваюсь на руках сама и наконец забираюсь. Встаю рядом на камне, гордо расправляю плечи. И тихонечко, чтобы никто не услышал, пародирую:

— Галя-Галя, блин, с тобой душа от тела отлетает!

Между прочим, очень похоже. Истомин больше не улыбается. Смотрит укоризненно. В глазах печаль-беда, словно я предала его святые детские мечты. Потом он переводит взгляд в сторону и сообщает:

— Змея.

— Где?! — взвизгиваю я и, кинувшись ему на шею, поджимаю ноги.

Артём тут же обнимает, стискивает ягодицы, поглаживает. Прослеживаю взгляд и понимаю, что никакой змеи нет. Это он меня так назвал, что ли?! Хочу опуститься на землю, но извращенец не пускает.

Произносит с улыбкой:

— Она уползла. Охотится за приличными девчонками, наверное. Здесь ей ловить нечего.

Дуюсь.