Трёхлунная ночь

Большинство костров почти догорели, но кое-где их снова разжигали, и в утреннем воздухе разносился аромат жареного мяса. Птицы на деревьях уже чирикали, но пока вяло, как будто ещё не совсем проснулись.

Продираясь сквозь жёсткий кустарник вверх по склону холма, Солнышко удивлённо обернулась. Позади слышались странные звуки, совсем не похожие на топот драконьих лап и звяканье оружия.

Это была песня.

Дракончики, не спите…

– Глин! – шепнула Солнышко. – Ты тоже слышишь, или мне кажется?

Он остановился и навострил уши.

Давно вам в путь пора!..

Голоса доносились снизу из долины – то тут, то там, на разных концах лагеря.

На смертный бой… чтоб стать судьбой…"

"Песня… странно тоскливая и тягучая, как тогда в Небесном дворце, вовсе не та бодрая застольная, что хрипло выкрикивала Цунами в пещере, чтобы позлить воспитателей. Когда небесные взяли драконят в плен, Солнышко посадили в клетку над залом, где пировала королева Пурпур со своей гостьей Огонь. Пели узники, прикованные к утёсам над ареной, и их голоса разносились по всему дворцу. Солнышко помнила то ощущение призрачной, неизъяснимой надежды, которое давали эти звуки, помнила изумлённый страх с ожиданием во взглядах стражников и бешеную ярость двух королев.

То же самое она чувствовала и теперь. По телу пробегала дрожь, между чешуйками словно пересыпались струйки песка. Пели солдаты – те, кто верил в пророчество и ждал спасения от драконят. Те, ради кого она с друзьями так старается.

Лишь бы не сорвалось! Только бы получилось!

Солнышко подняла глаза на Глина. Земляной дракончик улыбался, и рядом с ним казалось, что всё возможно, любые чудеса. Такой сильный, настоящий, надёжный… Он никогда не подведёт.

Кто, как не добряк Глин, помешал им перессориться и поубивать друг друга ещё в пещерах? Наверное, не будь его, они все стали бы похожи на тех «запасных» драконят судьбы, которые терпеть друг друга не могли! Цунами, Ореола, Звездокрыл выросли бы злыми и драчливыми, а она сама, как Вещунья, заставляла бы себя верить в дружбу и преданность, которых в действительности нет. Но с ними был Глин и ничего этого не случилось, он всегда мирил их, развлекал шутками, когда становилось тоскливо, заставлял думать не только о себе. Его любовь и вера сделали драконят из разных племён одной семьёй. Он настоящий хранитель!

– Ладно, давай возвращаться, – вздохнула она.

Глин молча кивнул, и вскоре они уже летели над предгорьями в сторону дождевых лесов.

Осталось шесть дней.

Всё получится!

* * *– Как это не сможет?! – Солнышко была вне себя. – Что значит не сможет?

Проливной дождь хлестал по спине и крыльям, с ветвей сыпались розовые и красные лепестки гибискуса и кружились, падая на землю далеко внизу.

Синий от огорчения Джамбу сокрушённо покачал головой.